Господин «Нет»

Вы знаете, это один из мифов, который и у вас в голове засел. И должен я вам сказать, что действительно он укоренился, этот миф. Я как-то отца спросил: «Ты знаешь, что тебя называют “господин Нет”? Мне немного обидно было, что ты “господин Нет”». Он говорит: «Слушай, Толя, пойми одну простую вещь. Меня называли не только “господин Нет”, а “робот-мизантроп”, “человек-йога”, “человек-волк”. У меня такие прозвища были в американской печати. Поэтому “человек Нет” – это очень даже интеллигентно звучит. Кроме того, учти, что я их “Ноу” слышал гораздо чаще, чем они моё “Нет”». Я сказал: «Как? Почему чаще ты “Ноу” слышал?» Он говорит: «Потому что мы вносили больше предложений. И они чаще нам отказывали, чем я им». Но если серьёзно говорить, то действительно в ходе дипломатической работы, и об этом он мне очень много рассказывал, я в своей книге «Андрей Громыко. В лабиринтах Кремля» об этом написал, отец относился к дипломатии одновременно как к науке и искусству. Это большая наука в том смысле, что надо много знать про страну, с которой ты работаешь, надо хорошо понимать собеседника, с которым ты беседуешь, надо реально знать баланс сил, который к этому времени сложился в том или ином месте или по проблеме, которую вы обсуждаете. Но одновременно надо понимать и психологию человека, с которым ты беседуешь. И дипломатическое искусство обладает многими особенностями. Нельзя, например, сразу выкладывать все карты на стол. Надо иметь две-три запасные позиции. И отец, надо отдать ему должное, умел сильно держать удар. Он мог иногда не стремиться к быстрому успеху, а, как говорится, вести переговоры не один раунд и не два, а раундов пять-семь. Он в конце концов, как борец, дожимал своего оппонента, припечатывал его к ковру и добивался того, что вопрос решался во всяком случае не против Советского Союза.