«Взрослая подруга». Маргарита Эскина

Когда она понимала, что уже, в общем, какой-то возраст подходит, она всё время уговаривала меня: «Кируня, – она меня звала, – ты должна прийти». Это не моё было дело, и я ей говорила. А вот это человек, который на всю жизнь остался моим самым, может быть, главным другом. И её не хватает до сих пор, потому что и она со мной, и я с ней, мы разговаривали абсолютно как с собой. Да, мне тоже казалось, что она очень старая, а у нас разница была всего 12 лет. Это вообще теперь – это ничто. Она петух, я петух. У меня очень много друзей из этой категории петушиной. И она говорила, что единственная личная жизнь у неё – это наша с Малкиным. Она приезжала к нам на дачу вместе с Еленой Павловной Смелой, они тоже дружили. И вот это были счастливые абсолютно дни и годы, которые мы проводили вместе. Она любила тех, с кем она работала, – это главное. Она умела восхищаться теми, с кем она работала. Она была абсолютно открытой, но при всём при том была очень жёстким человеком, если это касалось каких-то вещей, которые она не принимала. Ну, когда, предположим, я помню, Владимир Яковлевич Ворошилов там снимал «Аукцион». И вот эта первая программа в прямом эфире. И я помню, Маргарита Александровна Эскина, огромная, с большой грудью, всегда в платочке, со слезами на глазах бежит, чтобы обнять, прижать к своей большой груди. Это людей так подкупало всегда, и это не проходило, потому что она была искренняя, а людям безумно важно, к кому прижаться. Она настолько была уютной, она настолько была соболезнующей, если что-то нужно, включающейся, когда нужно и когда не нужно, в судьбу других. Тот пиетет, не пиетет даже, а безумная любовь актёрская, которая была, – она этого достойна. Я похожа в чём-то на Маргариту Александровну, но я не знаю, подражала я ей или нет.