Ну вот перед кем я трепетала, к кому относилась с огромным пиететом – это к ней. Хотя я знала, что она хорошо относится ко мне, мы где-то встречались, как ни странно, она смотрела все эти программы, «Жену» вот. Но она не хотела в них участвовать, потому что она же тоже при том при всём закрытый человек. И больная тема была – это сын. И когда-то я её всё-таки уговорила на программу «Сто вопросов взрослому». Единственным было её условием, она говорит: «Кира, Вы знаете всё про Борю». Я говорю: «Да, не будет вопросов». И мы это избегали. И как-то был день рождения Кома Ивана, вы знаете, кто это? Вячеслав Всеволодович Иванов, наш тоже ну какой-то гений совершеннейший. Опять же, мы дружили семьями, они часто приезжали к нам, когда возвращались из Штатов. Они жили в Лос-Анджелесе, он преподавал. И мы как-то приехали на день рождения, вместе сидели за столом, а у неё, наверное, год назад ушёл из жизни муж, на котором держалось всё в этой семье, как она мне рассказывала. Ну и тут я как-то… Ну не то что схитрила, но, во всяком случае, наверное, психологически правильно как-то сартикулировала, почему ей нужно прийти на эту программу. Я говорю: «Вы в кадре, он всё время за кадром, но Вы говорите, что всё в семье держится на нём». Притом что он потрясающий искусствовед, для всех тоже это топ. Я говорю, ну, она говорит: «Как вот Вы меня подловили! Как Вы подловили!» Она согласилась, и это тоже была очень хорошая передача для меня, потому что она, может быть, впервые как-то… Я очень дорожу тем, что они доверяли мне, мои женщины. 160 программ было у меня, записала я, и никто на меня не обиделся. Потому что, ну, если честно, то меня мои коллеги молодые ругали, а я работала с молодыми моими редакторами, режиссёрами. «Что вы? Вот частник, что вы не оставляете острого?» А я спрашивала: «Что убрать из передачи? Что может Вам навредить?» И убирала. Там достаточно было такого самораскрытия людей. А вот такое что-то обидное или что я чувствовала, что может навредить, убиралось.