Мои любимые героини

Я очень любила программу с Ирой Хакамадой и с Аллой Сигаловой, потому что они «на сопротивление». Я всегда боялась обидеть и как-то немножечко подстраивалась. Не то что приседала, но старалась как-то не обидеть, обойти что-то. А здесь они нахально себя вели, и это было мне легко, потому что мы были на равных. С Аллой была история вообще мистическая. Она пришла в плохом настроении, мы с ней сели в студии, и в это время вырубилось всё электричество. И я понять не могу, что произошло. 10 минут, 15 минут, она говорит: «И что будем делать?» Я говорю: «Ну, пойдёмте ко мне в кабинет, посидим там. Я думаю, что они всё сделают». Мы пришли в кабинет, а там приехал из Бари мой друг, священник. А она, оказывается, тоже была в Бари, и они начали разговаривать. И вдруг она узнала, что у меня очень была такая тяжёлая история с болезнью моей. И что-то с ней… А потом она говорит: «Слушайте, сколько уже прошло? Минут 40? Я не могу ждать». Тут священник говорит: «Вы знаете, подождите. Вот сейчас постучат в дверь, включится это телевидение. И это будет такая передача, и такая запись, и такой Вы будете, какой никто Вас никогда не видел». Она на него смотрит с удивлением, я тоже, в это время раздаётся стук в дверь, заходит администратор и говорит: «Всё в порядке, можете идти». И я помню, да, это была очень хорошая программа. И, честно говоря, она начала рассказывать про болезнь и уход Романа, и у меня, значит, слёзы. Она на меня смотрит и говорит: «А мне нравится, что ведущая плачет!» Закончилась передача, и я была безумно довольна, потому что, действительно, она была открыта. И она сказала: «Я пришла с плохим чувством, я думала Вас эпатировать. И я точно знала, что я не буду рассказывать о Романе. Спасибо». И это было, конечно, для меня…