Мемориал памяти жертв фашистского геноцида

У нас в другой комнате музей – мемориал памяти жертв фашистского геноцида, памяти той невероятной трагедии, так что нет слова, чтобы назвать, что это, что это такое произошло. Говорят «Холокост» – на английском это «всесожжение, всеуничтожение», но тоже в значении ритуального жертвоприношения. А есть такое библейское определение – «Шоа», тоже означающее «всё уничтожить». Но когда люди уничтожают себе подобных, подобных себе, включая не только стариков, женщин, мужчин, детей, но и младенцев грудных, это трудно осознать, понять человеческим сознанием, как это может быть. Даже звери, животные этого не делают, как известно. А люди это делают. И об этой невероятной человеческой трагедии, которая непонятна даже человечеству, надо, чтобы люди знали. А у нас в нашей стране мы Библию не знали, мы не знали и о таких человеческих трагедиях. И об этом на протяжении десятков лет после войны наша пресса, наши книги замалчивали. Наша задача – людям рассказать об этом. Мы хотим выявить все имена погибших, потому что территория, оккупированная фашистами, усеяна могилами и местами массового уничтожения людей. И никто не знает ни их имён, во многих местах нет даже камня, который бы напоминал об этих страшных трагедиях. А ведь по традициям людей любых религий это самое святое – сохранить память о погибшем или умершем. Это второй очень важный аспект нашей деятельности и, значит, нашего музея. Ну и, наконец, мы показываем, что люди не просто умирали. Ведь некоторые считали, что гнали, как стадо баранов, и уничтожали. Действительно, не всегда понятно, как можно с грудным ребёнком стоять в очереди в газовую камеру и внешне спокойно кормить ребёнка, а через пару минут ты уже будешь уничтожен. Но исследования показывают, что люди сопротивлялись, даже не имея оружия, даже в таких невероятных условиях, когда смерть неминуема, они сопротивлялись. Это восстание в Варшавском гетто, восстание в концентрационном лагере Собибор, восстание в концентрационном лагере Аушвиц. Я, когда... ну, я уж не говорю, что в партизанских отрядах очень много было тех, кто из концентрационных лагерей бежал, – сражались и в рядах советской армии, и в войсках союзников. В частности, евреев в советской армии было около 500 000, в американской армии – 550 000, и в армиях других союзников – ещё 500 000. То есть всего около полутора миллионов. Когда я говорю о том, что мы хотим разыскать имена всех погибших евреев, я должен добавить, что мы также разыскиваем имена тех благородных людей различных национальностей, которые с риском для жизни спасали евреев и еврейских детей. И сейчас в Израиле есть мемориал Яд ва-Шем. Там каждому праведнику – тому человеку, который спасал людей, – сажают деревцо. И уже большой парк есть там, который символизирует благородство людей, спасавших евреев.