Это празднование на 7 ноября, демонстрация, и Индиру он пригласил на мавзолей. Там были все лидеры социалистических стран, и, по-моему, кто-то от Финляндии, Кекконен, по-моему, приехал. Мы стояли там, и шла толпа со знамёнами, приветствуют всех, поют что-то. Я тоже надел шляпу, как у членов политбюро, но хорошую, американскую. Наверное, все думали, что я тоже член политбюро. Потом я рассказал ребятам, все смеялись. Чаушеску говорит Косыгину, началась очень смешная сцена. Они стояли, а сзади был ряд кресел, горячий чай, горячее вино, глинтвейн, чтобы можно было сесть и отдохнуть. Индира Ганди говорит: «А здесь нет туалета?» Я говорю: «Не знаю, сейчас спрошу, есть ли здесь туалет». Я иду к человеку, который мне показался знакомым. Вроде он из охраны. Я хотел подойти к нему, чтобы спросить, есть ли здесь туалет. Косыгин вдруг поворачивается и говорит: «Товарищ Чаушеску, а что вы сзади, идите вперёд». Я избежал дипломатического скандала. И тут же Чаушеску стал с ним говорить. Индиру, значит, оказалось, там есть туалет, я спросил у охранника, но её повёл в туалет охранник, не я. Чаушеску говорит: «Вон гостиница "Россия", как красиво вы построили». А Косыгин, человек умный, ответил: «Нет, она недолговечна. Пройдут десятилетия, её снесут. А вот храм Василия Блаженного останется». Так и произошло. То есть у него был вкус.