И отец уехал работать в США советником, а не послом. И, кстати, он советником проработал там с 1939-го по 1943-й год. Это говорит о том, что он работал на рядовой, ну, не рядовой, но на работе советником – второй, третий человек в посольстве, как это обычно бывало в то время. И он исполнял всю черновую работу. Это не то, что поехал, так сказать, человек, уже при нём референты, помощники, секретари – нет, он поехал и работал сам. Проработав три с половиной года, так себя зарекомендовал, что его потом сделали послом. Сделали послом. Хотя, насколько я понимаю, личные отношения у них с Литвиновым не сложились. Литвинов не очень долюбливал Андрея Андреевича. Литвинов, очевидно, чувствовал, что отец едет на смену ему. Хороших чувств это не могло вызывать. И у отца тоже было мнение, что Литвинов очень много в дипломатической работе допускал отсебятины. Ведь отец понимал роль дипломата как проводника официальной внешней политики, мнения своего правительства, а не своё личное мнение. Конечно, оно могло проявляться в вопросах тактики, во время бесед, эрудиции, знаний – это всё понятно. А Литвинов был, если так честно смотреть на всю эту ситуацию, не такой управляемый человек. И Майский, кстати, тоже поэтому потом ушёл в сторону, и в Англию тоже уехал Гусев. Просто советскому правительству в то время нужны были люди, которые бы более точно, более, если хотите, даже преданно исполняли обязанности послов Советского Союза за рубежом. И, конечно, исполнительность должна быть в натуре любого дипломата. Дипломат не должен смешивать свой высокий пост с попытками проводить иную политику, чем политика его правительства. Вот это было кредо отца, и он его строго придерживался всегда.