Как благодаря Юрию Темирканову я стал учеником Ильи Мусина

Однажды Темирканов — Юрий Хатуевич, кстати тоже ученик Мусина — на гастролях, кажется, в Америке, поманил меня с пульта группы скрипок и сказал: «Я хочу из зала послушать акустику. Подирижируй там чуть-чуть». Он знал, что я увлекаюсь дирижированием. Я встал, забрался на пульт на негнущихся ногах и продирижировал. Он сказал: «Да, тебе надо учиться» и отправил меня к своему профессору Мусину, которого все обожали. У него всегда был полный класс — своих студентов и студентов из разных городов, он никому не отказывал. Сидеть негде было, часто стояли, и я в этом стоящем положении тоже несколько лет ходил. Так Темирканов и узнал, что я интересуюсь дирижированием. Таким образом я стал одновременно доигрывать в филармонии на скрипке и учиться у Ильи Александровича Мусина. Это был потрясающий педагог. Он не только давал школу, учил управлению оркестром, но и говорил: «Вы хорошо управляете каким-то произведением, но не раскрываете его сущность». А это тоже можно сделать жестами, ведь дирижёр машет, а его не слышно — он беззвучно управляет оркестром. В дирижировании важно вложить эмоции в произведение, которые оркестр потом выплёскивает в зал, а дирижёру остаётся только поклониться и поднять оркестр. На самом деле это бесшумная работа. Если дирижёр мычит или кричит — это не поощрялось. О технике рассказывать бесполезно, потому что Мусин был просто волшебником. У всех его учеников не было никаких глупостей руками, они всё делали точно. Илья Александрович показывал, какая бывает ошибка: иногда молодой дирижёр злится на оркестр, показывает не то, что чувствует в сердце. Мусин оберегал студентов от таких казусов, потому что важно показать именно то, что у тебя в голове или в сердце. Это было сложно, но очень интересно.