Здоровье и спорт

Очень мы старались облегчить быт, старались окружить его чем только можно. Он был всё время на диете из-за того, что у него был больной желудок, и поэтому все эти кашки… То есть как будто большой новорождённый тихий, спокойный, не кричащий ребёнок. Он был язвенник, да. Так что всё… А поскольку есть-то особенно нечего было в перестройку, это было очень легко – манная кашка, и вперёд. Да он не так серьёзно заикался. Нет, а когда лечат музыкой, песнями, когда более протяжный звук, они вообще перестают заикаться. А когда не надо придумывать, что скажешь потом, нет нервного напряжения. То и он стихи свои, естественно, знал наизусть, они уже идут. Он, да, был баскетболистом, он был боксёром. Он играл в волейбол. По-моему, занимался лёгкой атлетикой. В общем, он был безумно спортивным человеком. Он в Петрозаводске, по-моему, сейчас, не знаю, конкурс, нет, не конкурс, по волейболу идёт чемпионат имени Роберта Рождественского. Так что он ещё и в спорте наследил. Он занимался настольным теннисом. Он очень хорошо играл. Да, очень хорошо. И никто не мог у него выиграть. Я была очень гордой, что у меня отец не только какие-то там стихи пишет, но ещё и руками умеет что-то делать. Он очень был азартным человеком, да, очень. Но не азартным в картах или ещё в чём-то, а азартным в деле. Это было очень приятно, когда азарт направляется в мирное русло, это здорово. Да, да-да, да-да. Ну, такой был, не очень заикающийся человек. Не, ну действительно, как это ни смешно звучит. Он был очень, не знаю, скромный что ли. А коллеги все были друзьями почти. Все, с кем он общался, он был очень хорошим другом. Он был удивительно спокойным, он был очень умным человеком. Он всегда давал советы. Не знаю… Вы знаете, я не хочу никого одного называть, потому что это было бы несправедливо. Я могу кого-то забыть. Но друзья знают, кому он был другом. Тут ничего не скажешь.