Как эта была история вся? Ну, вообще, борьба отца и Берии прослеживается явно для меня по документам уже, по крайней мере, с 1946 года – с «дела авиаторов». Потом вот как раз Кузнецова снятие – это тоже прослеживается. Там отец снимал Меркулова, потом Абакумову был нанесён этот удар. Ну, в общем, идёт эта борьба. Но это не значит… Они же вынуждены были тем не менее работать. А поскольку Берия был один из активных людей и способных к организации… Он же вёл не только… Сейчас его так изображают – какого-то просто монстра. А он же был, кроме… я не знаю, был ли он монстром, наверное, был. Но кроме того, он был очень хороший организатор. И он вот этот атомный проект вёл. Действительно. Это я знаю от людей, которые, как бы сказать, вот, допустим, от Ощепкова, который был заключённым. И он с ним, в общем, общался в таком положении. Тем не менее он сказал, что он на своём месте как организатор. То есть приходилось, конечно, им как-то иногда объединяться. И вот, в частности, например, по такому вопросу, как объединение Германии, они выступили вместе. Это потом было обвинением отцу. Но ведь это был правильный план! Отец считал, и Берия считал, что Германия должна быть объединена и должна быть нейтральной – на манер Австрии. Это было бы гораздо лучше, чем сейчас. И вообще это правильный просто путь. Это же все расчленения насильственные, правильно? Ну вот. Так что какие-то бывали моменты, я хочу сказать, когда у них совпадали точки зрения. Но вообще-то не то что между ними не было близости – они просто были противниками. После смерти Сталина просто началась борьба уже, как говорится, не на жизнь, а на смерть. Вернее, не на смерть, а на жизнь. Ну, заболтался. В общем, они фактически уже… Берия старался уничтожить отца просто, именно уничтожить. А отец смог его победить. Хрущёв был человеком Берии вообще-то. И он не играл тогда большой роли вовсе. И никто его и не рассматривал в такой роли. Это всё потом создавалось задним числом. А здесь Берия стремился уничтожить отца. И он до последнего момента был уверен, что военные арестуют именно отца. Отец именно вынес обвинение Берии на Политбюро. Вернее, это было заседание, так сказать, в комнате Совмина, но фактически это было Политбюро. И первое голосование же не прошло! Молотов и Каганович были против. А Хрущёв воздержался. И Микоян. И второе голосование было проведено уже после того, как он был арестован Жуковым. Ну, тогда-то все проголосовали единогласно, потому что Жуков ещё сказал: «А этих не нужно арестовать?» «Я сказал – нет».