Был такой любопытный эпизод, когда Индира Ганди стала премьер-министром, и у них установились довольно тёплые отношения, я бы сказал. Она была такого же плана, немногословная, практичная, спокойная, и он тоже. Я почувствовал, что между ними есть какая-то личная симпатия. Причём это доходило до того, что, а тогда с Китаем были очень напряжённые отношения, Косыгин сам предложил, и Индира согласилась. Он сказал: «Давайте обмениваемся разведданными о политике Китая, что они делают в Индии, а мы будем говорить, что они у нас делают». Она согласилась сразу. То есть была такая договорённость на самом высоком уровне. Потом он пригласил Индиру Ганди на празднование 50-летия Октябрьской революции, это был 67-й год, а у Индиры Ганди был день рождения в эти дни. Он устроил ей такой подарок, он сказал: «Давайте приезжайте к нам на дачу в Архангельское». У него была казённая дача там, без всяких переговоров, просто отдохнёте в кругу нашей семьи. Ну, это так легко сказать отдохнуть в кругу иностранной семьи. Но, тем не менее, я и ещё одна переводчица поехали в Архангельское. Там был Косыгин, и он постарался создать непринуждённую семейную обстановку. Там была его дочка, Людмила Гришани, её муж Гришани, ещё кто-то из родственников. Я, Татьяна переводчица, и Индира были. И всё. Он сказал: «Садитесь, где хотите, можете брать то, что хотите за столом, где яства стояли». И началась абсолютно непринуждённая беседа о семьях, о кино, о театре и прочем. А потом он сказал: «А мы сейчас для вас споём». И начали они с семьёй петь русские песни, очень милые. Индира была немного потрясена таким обхождением. Но в отличие от президентских дворцов в Индии, это, конечно, было очень скромно. Эта дача в Архангельском, ну, она казённая, скучная, как на этих правительственных дачах, ковры такие, там нет теплоты, как, например, на Востоке. Ну, что делать, ему не до этого было, ему главная работа, но Индире это очень понравилось.