Моя первая встреча с Алексеем Николаевичем Косыгиным

Первое знакомство произошло опять в Индии. Тогда многие наши руководители ездили в Индию. Косыгин был председателем Совета министров. А я был мелким сотрудником посольства, переводчиком восточных языков. Когда Косыгин прилетел, я уже не помню, кто его сопровождал, но он был с женой. Это точно. У него были переговоры с индийским премьером Неру, и с ним прилетели два наших блестящих переводчика  Виктор Суходрев и Юра Виноградов. Очень интересные люди, изумительные специалисты, к сожалению, их уже нет, но тогда и Юра Виноградов, и Виктор Суходрев просили меня помогать, потому что трудно постоянно переводить, а ещё надо записывать беседы. Ну и вот они говорили: «Ну посиди там на обеде сзади на приставном стуле, пошепчи в ухо», особенно на приёмах, где общий разговор, не имеющий политического значения. Я там стою, перевожу, а они отходят покушать, отдохнуть немного. Так я переводил ему всё больше и больше во время его визита, и вдруг жена Косыгина выразила желание посмотреть город. Клавдия Андреевна была очень достойной, приятной, простой женщиной, умной. И получилось так, что моя жена была преподавателем английского языка и прилично знала английский. Посол говорит: «А вот жена Андрея могла бы вам помочь». И они стали проводить время вместе, ездили по городу. Любопытный эпизод: жена Косыгина сказала: «Мариночка, вы знаете, я хочу посмотреть американский фильм ужасов. Может быть, вы мне поможете? Давайте сходим». Они поехали, купили билет. Конечно, никто не знал, кто это был. В кинотеатре сели в темноте, и Марина мне потом рассказывала, что это было очень смешно: Клавдия Андреевна дрожала, хваталась за неё. Но ей было очень интересно, ведь в Москве такие фильмы не показывали. Жена Косыгина очень понравилась Марине. К сожалению, через несколько лет она умерла, кажется, от рака. Вернувшись в Москву в 63-м году из Дели, я начал работать в бюро переводов, а там уже, естественно, по работе я довольно часто переводил Косыгину и другим нашим руководителям. Из всех наших руководителей того времени, а тогда были, ну кто, Брежнев, Брежнев был председателем Совета Президиума Верховного Совета, ну вроде президент такой номинальный, Косыгин был председателем Совета Министров. Из всех руководителей того времени, конечно, Косыгин, ну, я почувствовал сразу, это человек особенный. Он руководил всё-таки огромной промышленностью Советского Союза. И не только Советского Союза, мы же осуществляли огромную экономическую помощь и другую помощь другим странам. Шёл разговор, Косыгин, значит, сказал, не помню в какой связи, что у него звание капитан Советской армии. Я говорю: «А я тоже капитан Советской армии». Ну, он так посмеялся. Он был, кстати, ленинградец, как и я, родился в Ленинграде, и мы немножко нашли много общего, но мы об этом не говорили, но я ему сразу сказал, что я тоже ленинградец. Вот. Кстати, когда Никсон приезжал в Москву, и мы стояли все, ну я там где-то позади немножко, ну, Никсон спускается с самолёта, и там Косыгин, и Никсон говорит, и на меня показывает, говорит: «Я помню, что вы ленинградцы, у вас вся семья погибла», ну, он преувеличивал, у меня дедушка умер в Ленинграде во время блокады. То есть он как-то нас соединил этим, «вы ленинградцы».