Первые пробы к Пырьеву. Почему студентам не разрешали сниматься в кино

Вместе с тем, какое-то время Мосфильм уже частично вернулся, и подрабатывали в массовке. И вдруг он услышал, что режиссёр Петров начинает снимать фильм «Без вины виноватые». И попадает на пробы, и его утверждают. Здесь ещё осталось – кинопроба у него была несколько раз. Ну, такая сложная ситуация. Он идёт к Качалову и говорит: «Василий Иванович, что мне делать, меня утвердили в кино». Он говорит: «Владик, ну что вы, нет, на вас рассчитывает Художественный театр. Ваши успехи, даже на первом курсе, позволяют надеяться, что вы будете ведущим артистом. Не надо. Художественный театр – это же законная жена, а кино – это ветреная любовница». И действительно тогда, сейчас даже, строго со съёмками... Ну вот, я знаю – Жора Епифанцев, в 50-е годы, когда стал сниматься, и потом уже с трудом «Фому Гордеева» утвердили – кафедра приняла как его работу за 3 курс. Ещё другие моменты. Лена Проклова не хотела сниматься – ни в «Экипаже», ни в «Царь Пётр». Света Крючкова – они сбегали с Сашей Мартыновым с занятий на третьем курсе. Нельзя – только в начале 4 курса можно, а на третьем нельзя. И они, значит, сидели, машина ждала, Саша Мартынов снимался в роли Брумеля, а Света Крючкова – «Большая перемена». И они так все побежали туда, сюда – и вдруг эта фотография: за десять дней до конца на Мосфильме снимается по книге Брумеля, в главной роли – студент Школы-студии Мартынов. Переполох: что делать? А ректор должен принять какие-то действия, чтобы другим неповадно было. И десять дней… так, это. И тут, а тут уже 10 дней прошли – ладно, забыли. Но это я перескочил ровно на 30 лет позже. А тогда папа понял, что не судьба. А это была его любимая роль. Именно ещё этот монолог… У него же трудные, как я говорю, за... отношения в семье – с отчимом, с отцом. Когда бросают, бездомные дети – это гениально. Но получилось так, что вторым номером пошёл Владимир Константинович Дружников, и он был утверждён, хотя ждали Владлена. И он рискнул – он расстался со Школой-студией, стал сниматься. Да. И вот когда вышел фильм – успех. И с одной стороны, конечно… И приятели они были. А потом вот так… Всё-таки сложно, но всё равно. А Тарасов говорил: «Владлен, хорошо, что ты не снимался. Ты вообще похож на меня больше, чем мой сын. Говорили мне, что у меня незаконный сын». Да, вот такая загогулина. Но вместе с тем – в чём, как говорится, сложность ситуации: снимались все мхатовские – Грибов, Тарасова, Массальский, Станицын и ещё... Станицын... так. Ещё… А, Тарасова, да-да. Станицын. Ну, в общем, да-да-да. И дело... Да, но в чём тут парадокс и перегиб? Дело в том, что именно в главных ролях в этом фильме снимались все мхатовцы: Ливанов, Массальский, Станицын, Грибов, Тарасова. Им можно сниматься, потому что они не поддадутся неправильным тенденциям кинематографа и режиссуре. А студентам – рано. Ну, может быть, действительно так, хотя Владимир Константинович прекрасно снялся – Дружников – и дальше у него пошла карьера. Папа переживал. И дело в том, что через год Михаила Пуговкина тоже утвердили – Эйзенштейн начинал снимать «Бежин луг». Но это, надо знать, что это не по Тургеневу, а про Павлика Морозова. Такая должна была быть современная вещь. И дело в том, что Пуговкин тоже: «Знаешь что, Владлен, я, пожалуй, тоже предпочту кино». Но и у него не получилось, потому что фильм завис, Эйзенштейн умер. А обратно в Школу-студию его не взяли, хотя до того он был тоже один из любимейших учеников у педагогов. Грибов говорил: «Ты – наше продолжение». Москвин говорил: «Вы – типично русский. Может быть, царя Фёдора будете играть». Ну вот… Строгие времена. Что же вы хотите?