А Владлен говорит: «А можно я одну девушку приведу? Она хочет стать артисткой». – «Ну, приводи». А тот так: «Ну, вот, она мечтает поступить». Ирина Скобцева. И он пробовался со Скобцевой – там вот любовная эта сцена. Пырьев посмотрел и говорит: «Ну, хочешь – женись на ней, не женись. Я не знаю, какие у вас отношения. А будет сниматься другая. Будет сниматься Клара Лучко». Но, вместе с тем, тогда маленький момент – это папа любил на творческих встречах рассказывать. Говорит: «Снимали, снимали два месяца, а главная сцена – объяснение в любви. Говорят – это будет позже. Лето кончается, уже осень, в Москву приезжаем – деревьев нет. Он говорит: “Вот, сейчас будем сниматься”. Я, – говорит, – приезжаю на Мосфильм и, – говорит, – барабан, на барабане деревья, в глубине, значит, на заднем плане какие-то огоньки, лавочка». И говорит: «Вам ничего не нужно. Вы поднимайте ноги, барабан будет вращаться, а вы объясняйтесь в любви». И вот так – вроде уже и опытный, и на танке ездил, всё, а тут технически – и действительно. «Задача, – говорит, – не выходить из кадра. Поднимали ноги, барабан вращался, деревья, вишня там и так далее». Вот такие... Кино – это кино. Он так и волновался, как он будет объясняться – что были запахи, да, птички – и вдруг, значит, душный павильон, ноябрь месяц, эта техника... Ну а как? Конечно, нужно любить партнёршу – но не на фоне природы, иллюзии поэтических рам, а вот в душном помещении Мосфильма. И сцена объяснения в любви с Кларой Степановной – да, да, да. И он фрагмент этот показывает, зрители вот так: «Как это? Как будто по-настоящему, как будто в парке».