Красный флаг моей родины в голубом американском небе

И когда он беседовал, знаете, как он интервью давал? Вот такой нос большой, совсем не тульский нос, он согнётся и начинает: «Пришла ко мне Лида Скобликова и говорит: “Женя, научи меня правильно кататься”. А я их, баб, терпеть не мог, терпеть. Но она ж, она же как впилась в меня». А потом: «Лидия Павловна, ну как было дело?» Она говорит: «Ну как, я же за ним ходила: “Жень, ну научи. Жень, покажи, как правильно повороты проходить”». Слушайте, он же был идеальный технарь. Его коньки до сих пор в музее конькобежного спорта в Осло. Он был идеальный технарь. «И я за ним хожу: “Жень, ну давай, ну расскажи, ну покажи, как, ну покажи”». Он говорит: «Ну, чёрт, ладно, чёрт с тобой, Лидка, прицепилась. Давай, значит, пойдём тренироваться. Вот все уже спят, а мы на лёд выходим и начинаем тренироваться». Я очень любил, в МГУ читал лекции, очень любил вспоминать по истории спорта самую короткую в истории мировых пресс-конференций, которая случилась в Скво-Вэлли в 1960 году, когда Гришин разменял космические 40 секунд. После его ответа разбежались все к телетайпам, к телеграфным аппаратам, к телефонам – передавать, что сказал советский спортсмен. Американец первым делом, первый вопрос был: «Господин Гришин...» Он стал четырёхкратным олимпийским чемпионом на тот момент – два золота в 1956 году на озере Мизурина в Кортина-д’Ампеццо и два в Скво-Вэлли – и говорит: «Что вам больше всего понравилось в США?» Ответ советского человека: «Мне больше всего понравился красный флаг моей Родины в голубом американском небе». Всё, хана, закончилась пресс-конференция. Народ побежал передавать. У него бритва была, а не язык. Мгновенная реакция на всё, мгновенная. И при всём при этом: «Как я не выиграл у Гончаренко?» – «Сколько лет прошло, Евгений Романович, остановись». – «Нет, не могу».