Интервью с Ириной Левченко на американском ТВ в день отставки Хрущёва

Между прочим, в Соединённых Штатах случился очень характерный эпизод. Хорошо, что, когда мы выезжали в Соединённые Штаты, нам всё-таки сообщили о снятии Хрущёва. То есть сам факт уже совершился, и нам сообщили. Поэтому мы как-то были готовы и, в общем, в такие просаки всё-таки не попадали. А в это время там, несколько раньше прилетевшая туда, была советская писательница Ирина Левченко. Известная писательница, Герой Советского Союза, такая известная личность, как героическая женщина. Танкист, Герой Советского Союза, женщина. Вот. И вот она там выступала по телевидению 15-го, именно 15-го октября. Всё было нормально. Она вообще хорошо говорила и всё. Она умела это делать. Сейчас её, к сожалению, уже давно нет в живых. Вот. Но ведь это же такой эпизод, который журналисты не преминули использовать. И такие отношения тогда были между Советским Союзом и Соединёнными Штатами, всё, так сказать, в строку ставилось. И ей задали вопрос, провокационный совершенно вопрос: «А как сейчас чувствует себя Никита Сергеевич Хрущёв?» Она ничего не знала. Она сказала: «Он чувствует себя прекрасно». Он же недавно только на встрече с журналистами заявил, что: «Дай бог, чтобы вы себя так чувствовали», как он хорошо себя чувствует, это он сам о себе сказал. Действительно, у него такое заявление было. Вот. А тогда прямо на телеэкране ей на стол положили «Правду», которую уже привезли вечером 15-го в Соединённые Штаты. И там было сообщение об освобождении Хрущёва. Ну и, естественно, это был такой сильный удар, что Ирина Левченко могла уйти с экрана только с помощью других людей. Это безжалостно, конечно. Но тогда же случились подобные вещи и с Фурцевой в Швеции, и с Харламовым в Париже, или, может быть, я не помню, кто где, но кое-кого на эти дни отправили за границу. И они тоже попали под эти вопросы на их телеинтервью и тоже не знали, как на них ответить.