Ну и начался немножко другой этап моей жизни, понимаете, связанный уже с галереей «Новый Эрмитаж», где я был генеральным директором. Это была частная большая галерея, где я провёл 65 выставок исключительно из частных коллекций. Но выставки были роскошные. Скажем, если это была выставка, посвящённая искусству авангарда, то, с одной стороны, там были Малевич, Шагал, Кандинский и всё прочее. А с другой стороны — все наши так называемые коренные шестидесятники. У меня тогда было два больших зала. Там я проработал до 2011 года. Что касается «Нового Эрмитажа», это уже была совсем другая история. Она тоже закончилась. Закончилась потому, что, честно говоря, уже нечего было особо выставлять: всё было перевыставлено, а коллекции заметно обмельчали. И потом, в конце 80-х – начале 90-х годов, к сожалению, это поколение вышло в тираж. И, конечно, те баснословные богатства, которыми владели частные коллекционеры, во-первых, частично ушли за рубеж — поскольку в середине 90-х годов контрабанда была крайне развита, — а во-вторых, перешли в руки людей, которые владели уже здесь миллиардами долларов и старались, приобретя всё это, не показывать. Хранили где-то в Лондоне, в Париже. Как они всё это вывозили — вопрос другой. Но много они действительно покупали и за рубежом. Фамилии я их называть не буду — они все абсолютно общеизвестны. Бог бы с ними.