Встреча Хрущёва во Внуково-2

Это было во Внуково-2. По-моему, ну да, во Внуково-2, правительственный этот аэродром и салон для приёма иностранных гостей и зарубежных, и руководителей наших. Вот, мы вдвоём прибыли. Но я не знал, сколько он возьмёт охраны с собой. Потому что, конечно, у меня рассуждения шли таким порядком – о том, что если он что-то подозревает, он может взять там пятьдесят человек. Все, примерно, там пятьдесят человек охраны было на Пицунде, которые охраняли его лично, и дачу, и объекты. Ещё и охрана Микояна, хоть это из девятки, мне они подчинялись – девятка, но это личная охрана. И она могла выполнить, конечно, прежде всего приказ того, кого она охраняет. А я к ней-то, пока я доберусь и переубедить её чем-то, мне трудно было. Поэтому я, соответственно, конечно, был готов к тому, чтобы противостоять этому, если в случае чего-то. Но я взял с собой тоже, собственно, на этом аэродроме тоже было несколько десятков человек, которые могли, понимаете, в случае чего вступить в какие действия. Это трудно представить, но, во всяком случае, были там расставлены. Хотя это внешне совершенно... ни один из них не показывался, не заметен был. Ни один из них не был в военной форме. Всё это гражданские люди, и всё это было сделано, чтоб не вызывать никаких подозрений – ни у людей, которые сопровождают, и даже тех, кто на самом аэродроме. Повышенная немножко охрана, как обычно. Ну, первое лицо прилетает – это всегда было так, что там достаточно было мальчиков из наших подразделений, которые следили за порядком. Но никто не высовывался. Ну, те, кто со мной приехал, они, да, были готовы к тому, что, понимаете, тогда, может быть, и применить силу. Но какую силу? Посадить в машину и довезти до Кремля на заседание – и всё. Ни изоляции, ничего его, и просто изолировать ту охрану – и всё. И больше того, даже мне на эти дни посоветовал Брежнев, чтобы у меня был офицер охраны и чтобы у меня был пистолет на всякий случай, понимаете. Бог его знает, что могло произойти. Ни то, ни другое не потребовалось, вызвало только насторожённость у охраны Хрущёва потом, когда уже мы уезжали с аэродрома. И он сошёл, он был злой. Это обычно я по лицу сразу определял, что он насупившись, как, понимаете, такой недовольный и рассерженный, злой. Спускаясь с трапа, сунул мне руку, даже так не посмотрев на меня. И никаких эмоций на лице не было, поздоровался, и Микоян сошёл. «А где остальные?» – спросил. Я говорю: «Остальные все в Кремле, там, а уже дело было к обеду, где-то около часа дня. Что вы, поедете в Кремль, Никита Сергеевич? Или как?» Он говорит: «А они обедали?» Я говорю: «Да нет, по-моему, вас ожидают, я толком не знаю, – говорю, – но, по-моему». – «Я в Кремль поеду». Хорошо, они сели, вышли под, это самое, через павильон через этот, вышли, сели в машину вдвоём, в одну, и поехали. Ну, вышла охрана, всего 5 человек. Поэтому никаких вопросов не возникало. Были всякие, ну, такие, кое-кто из тех, кто описывал вот это событие, писали, что мы сменили охрану. Ничего подобного. Вся охрана была та, которая у него была всегда. Что якобы во время полёта он дал команду посадить самолёт в Киеве, а экипаж не подчинился, что другой экипаж был. Ничего подобного – был экипаж тот, который его всегда возил. Никаких приказов и команд, попыток садиться в Киеве не было. И, в общем, это всё накручивалось, и Бурлацкий чего-то накрутил, и другие там – это всё выдумки, и ничего подобного не было. Ну, пять человек, они, собственно, в одну машину хвостовую. Хрущёв вообще ездил, с ним ездила одна машина. Ну, иногда вторая, а так – одна машина с охраной. И вслед за ней двинулся я. И вот тут, а я сел на заднее сиденье, впереди офицер охраны, который и вот два дня эти со мной был. И те из охраны Хрущёва узрели, что у меня в машине, в моей машине, сидит офицер из девятки. А этого никогда не было, я вообще никогда с охраной не ездил. И у меня никаких ни порученцев, ни охраны не было. Это их, ну, они все начали поворачиваться. Я смотрю, что поворачиваются. А мы только отъехали от Внуково. Я тогда водителю сказал: «Давай на обочину, минут 5 подождём». Подождали, они ушли. Ну, я позвонил в Кремль, сообщил, что поехали в Кремль, всё.