Мои предки

По линии матери я знал только бабушку, потому что дедушка умер рано. Бабушка, её звали Цюпа, она была такая, очень энергичная, хозяйственная женщина. Она родила четверых и воспитывала без мужа. Вот я хорошо её помню, она погибла как раз по пути в гетто, вот. Это со стороны матери. А со стороны отца я помню, дедушка был лесник, он работал у хозяина леса. Я родился в Румынии, а там был не социализм, а капитализм, поэтому дед работал лесничим у хозяина, который владел там большим участком леса. Вот. Он всегда был на лошади, дед. И это была деревня, которая называлась Проскуряны, это в Молдавии. Бабушка была по линии отца домохозяйкой. У них было много детей, значит, у них было три дочери и четыре сына. Отец был средний, второй после младшего. Остальные его братья были старше его. Ну, вот что я знаю, собственно говоря, о семье. Люди были простые, религиозные, иудейской религии, естественно. Отец тоже был простым человеком, работал служащим. Мама не работала, хотя окончила гимназию и была в нашей семье наиболее образованная. Нашей, в смысле отца, матери, меня и моего братика. А у отца один брат был очень такой образованный, он содержал издательства, библиотеку большую. Что ещё из семейного? Один брат отца эмигрировал в Бразилию. И до сих пор там живут его, ну, теперь уже правнуки. По линии отца все остались живы. Все были, да, кроме деда и бабушки, которые были тоже в гетто, не вместе с нами, в другом, недалеко от нас, и погибли. А все дети их, все эвакуировались, и все остались живы. После войны все вернулись. А по линии матери никто, все погибли, просто не осталось никого. Я говорил по-русски. Дело в том, что мама моя училась в русской гимназии. В том местечке, где мы жили, в Дондюшанах, там было три народа, значит, молдаване, евреи и русские, вот белогвардейцы, которые эмигрировали в Румынию тогда. И поэтому было три: была молдавская школа, была русская школа, гимназия, и на идише была, такая. И мама, она очень дружила с девочкой соседской из белогвардейской семьи, и она пошла в русскую гимназию. И поэтому я знал, собственно говоря, знал три языка – русский, молдавский и идиш с детства. И сейчас знаю эти три языка. А я родился. Просто мамина сестра одна жила в городе Бельцы, есть такой город в Молдавии. И когда мама забеременела, сестра её сказала, что всё же надо лучше приехать в Бельцы и там родить, потому что там, ну, больше, так сказать, безопасности. И поэтому я родился в Бельцах непосредственно. И, скажем, свидетельства о рождении у меня не было, но восстановили, там написано, что я родился в Бельцах, не в Дондюшанах. Но после она родила и сразу переехала обратно в Дондюшаны. Она только там родила меня, вот, но там мы не жили.