Марш смерти

И примерно через 10 дней после этого евреев всех собрали в одном дворе, там был двор большой. Мы там переночевали, и утром всех выстроили колонной. Было три подвода, куда посадили пожилых, старых людей, в том числе нашу бабушку Цюпу. Нам не сказали, куда их везут. Наша колонна пошла. Это был довольно долгий путь с ночёвками. Где-то мы останавливались даже на несколько дней. Несколько человек умерли по дороге. Братик мой младший тоже умер – у мамы кончилось молоко. Его тоже похоронили. Это было на берегу Днестра. Выкопали яму, положили умершую женщину, а ему на живот положили моего братика. Засыпали, поставили какую-то досочку. Но вряд ли эта могила сохранилась. Бабушку Цюпу мы тоже оставили живой. Она лежала на улице. Мама принесла ей воды, но она уже не могла двигаться. Нам больше не давали подвод. Они были только до перехода через Днестр, а потом всё. Другого выхода не было. Офицеры, сопровождавшие колонну, сказали, что они могут её застрелить, или мы можем её оставить. Мы её оставили. Не только её – ещё несколько пожилых людей, которые не могли двигаться. Во дворе был солнечный день. Оставили, и какие-то люди там были. Это была уже Украина, не Молдавия. Мы перешли Днестр. Что с ней было дальше, я не знаю, надеюсь, её как-то похоронили. Бабушка перестала говорить немного раньше, ещё когда была подвода. Там, на одной из остановок, где мы были двое или трое суток, она сначала говорила немного, а потом перестала. Она была, в принципе, весёлая старушка, очень энергичная. Я помню её до войны. Она вмешивалась в жизнь дочерей, поэтому они сняли ей квартиру, где она жила отдельно. Я приходил к ней в гости – она готовила какие-то сладкие угощения, читала мне сказки. Была очень деятельной. Она вырастила детей, которые все получили образование. Все они погибли.