Больше всех досталось Эйзенштейну — за его фильм «Иван Грозный», вторая серия. Ну, это, собственно говоря, история первого русского царя Ивана, известного своей жестокостью, массовыми казнями, расправами во имя утверждения его единоличной власти. Причём в этих жестокостях и казнях ему помогали так называемые опричники — ну, как бы его личная гвардия, головорезы. И вот в фильме есть сцена — единственная, снятая в цвете, в таких красноватых тонах, — где после очередных казней опричники весело пляшут, развлекаются. Сталина это привело в ярость. Во-первых, он увидел тут, очевидно, намёк на его собственных прислужников. Так или иначе, он написал, что «Эйзенштейн обнаружил невежество, представив прогрессивное войско опричников в виде шайки дегенератов, наподобие американского ку-клукс-клана» — почему-то. Вот такие были Постановления. Для Эйзенштейна это был очень тяжёлый удар. Он так и не сумел от него оправиться и вскоре умер от разрыва сердца, едва дожив до пятидесяти лет.