К партийным работникам все относились тогда сложно. Поймите, пожалуйста, главная особенность Коммунистической партии Советского Союза заключалась в том, что она много чего могла запретить, но мало что могла разрешить. Но главный вопрос был связан с поездками за границу, дело в том, что тогда существовали ограничения, человек мог уезжать за границу не более чем на 90 дней. И второе обстоятельство – это поездки с женой. Боялись того, что уедет с женой и убежит. Хотя жена ездила за счёт либо самого Темирканова, либо за счёт принимающей стороны. И случилась такая история, что в Москве кто-то убежал, двое, и было введено правило: ездят без жён или без мужей. И вдруг раз из Москвы два человека едут с жёнами, а Темирканову запрещают. И Юра сказал: «Раз Ире нельзя, я всё понимаю. Но если кому-то можно, а кому-то нельзя, я не поеду». А как ты не поедешь, когда это же огромные деньги от этого теряет государство? И ему разрешили. И Ира, конечно, понимала, что вот этот вопрос запретов, возражений – всё есть. Мы же, знаете, во многих вещах не понимаем роль денег во всём том раскладе в той жизни. Обратите внимание, вот дирижёр едет за границу, да, с гастролями, не со своим оркестром, а с другим оркестром играть, он едет, 90 дней там выступает, ему платят зарплату, у Юрия Хатуевича ставка была 3000 долларов за концерт, а у некоторых была и 6000 долларов. Но всё это время, пока он отсутствует, его зарплата за ним сохраняется, он эти деньги получает. Дальше, он возвращается из-за границы, и он отдаёт государству, ну, я боюсь ошибиться, но 2/3 он отдаёт, 2000 отдаёт, а 1000 оставляет себе. Самое неприятное в этом, что ты привозишь эти деньги в чемоданчике, а потом едешь в Министерство культуры и сдаёшь там эти деньги. Вот. Ну, это как бы неприятно. Но возьмём Ростроповича и Вишневскую. Вот они остались за границей, там идёт-идёт-идёт всё, потом раз – и их лишают советского гражданства, начинаются возмущения и прочее. А как вы думаете, из-за чего они возмущались? Думаете, им жаль советское гражданство? Ничего подобного. Все годы, пока они жили там, оставшись за границей, они не платили налогов. У Советского Союза существовало соглашение об избежании двойного налогообложения. Предполагалось, что они платят налоги здесь, а они не платили налоги здесь и не платили налоги там. И как только их лишили советского гражданства, они должны были платить налоги там. Вот им по чему ударили – по карману. И это знали те, кто это сделал. Более того, когда закончилась советская власть, вдруг выяснилось, в году 94-м, по-моему, в Латвии, Литве, Эстонии, что у них артисты, спортсмены ездят за границу, выступают по советским паспортам, потому что им не надо было платить налоги. Они приезжали, заключали контракты с советским паспортом и налогов не платили. И спохватились прибалты: «Как же так? Они у нас не платят налоги и там не платят налоги». Их всех заставили сдать эти паспорта, и чтобы они были гражданами своей страны, платили деньги. Поэтому, когда говорят там об убеждениях, о принципах – это да, это важно и интересно, но на самом деле это в первую очередь речь идёт про деньги.