Александр Зиновьев и опыт военного времени

И вот начинается война. Вернее так: до войны он ещё оказывается на Дальнем Востоке в кавалерии, потом пришёл приказ набрать образованных, ну, то есть десятиклассников, в лётные войска… Вернее, нет, сначала в танковые войска. Он пошёл туда, хотя, конечно, никогда за руль не держался, но он пошёл, служил, а потом они оказались на западной границе, там, где началась война. Его направили в лётное училище, он был ранен, его отправили в лётное училище, которое находилось в Ульяновске… Это тоже большая история, жизненная история. Там он женился. Перед уходом на фронт он предложил расписаться, потому что если бы с ним что-то произошло, он отвечал бы за эти отношения, тогда хотя бы его жена или вдова смогла бы получить какие-то деньги. При всей порывистости, при всей, кажется, непредсказуемости и недетерминированности он был человеком очень заботливым. То есть понимаете, о чём люди думают, когда уходят на фронт? Я не знаю, не могу себе это представить, но вот подумать так по-человечески… Причём она не была его какой-то уж очень любимой, но, судя по всему, вот. И он уходит на фронт, сражается, попадает в лётные войска… И совершает 31 боевой вылет в штурмовой авиации. Это те, которые летят над землёй, понимаете? Он стал гвардии капитаном штурмовой авиации… Это большая честь. Совершил этот 31 вылет. Это поразительно, потому что жизнь лётчиков, тем более штурмовиков… Понимаете, советские солдаты, которые вернулись после войны, внесли то самое обновление в советское общество. Они увидели Европу, они увидели то, чего не видело остальное население нашей страны… И это новое видение, Зиновьев в особенности, он увидел столько и проанализировал так, что для него война оказалась серьёзной краеугольной историей. Историей, которая… Он уже состоялся как личность, но война придала этой личности абсолютно героические очертания. Это был и Украинский фронт. Он летал… Вот последний его вылет был в Глогау, в Германии, также Венгрия и Австрия. Их перебрасывали с одного места на другое, потому что лётчики – подвижной состав. Интересно по поводу его участия в войне… На одной из лекций, которые он читал, когда мы уже были в Германии, в Боннском университете, ему задавали вопросы об его отношении и оценках войны и о его роли во время войны: «Господин профессор, мы знаем, что вы воевали и что убивали. Но с каким ощущением вы сейчас сидите перед нами? Вы жалеете о том, что убивали немцев?» Он отвечает: «Я жалею об одном… Я мало их убил». Потому что ростки нацизма и фашизма, которые не были выкорчеваны до конца, остались… Послабления, которые получили не все, как сказать, были проведены через Нюрнбергский трибунал, но общество в себе всё равно затаило семена, остатки, корневую систему… Которая позволила бывшим нацистам и фашистам бежать в Аргентину, в другие страны под разными фамилиями и именами… Если бы, знаете, войну до Атлантического океана довели, а армия была готова к этому, мы, наверное, не оказались бы в условиях назревшей страшной каверны на границе с Украиной. Надо было убивать врага основательно и до конца… Но в силу обстоятельств, возникший второй фронт, испугавшиеся того, что Советский Союз победит всерьёз, войска были остановлены. И Зиновьев сказал аудитории: «Я Жалею, что убил мало». У него полёты были очень специфические… Вместо пулемётов, ну, они были, естественно, но у него было несколько полётов, где вместо пулемётов подвешивали фотокамеры. Надо было снимать и проводить рекогносцировку местности серьёзно, не с высоты полутора километров, а на бреющем полёте… Вы представляете, что такое бреющий полёт для штурмовика? Ты живая цель, вот ты здесь… И однажды он вернулся с очередного задания, в самолёте было более 30 пробоин, техника как… Самолёт уже не мог лететь, моторы отказали… Но он дотащился до другого аэродрома, техники сказали, что он не мог уже лететь, но долетел. Он был бесстрашный… Запредельно бесстрашный, до ужаса бесстрашный.