Встреча с Юрием Григоровичем и долгая дорога в большой театр

Юрий Николаевич, когда я была на конкурсе, ещё мне 17 лет было, он пригласил меня для разговора, сказал: «Вы выпускаетесь, мы пошлём на ваше распределение на вас так называемое». Распределение было послано. И когда мы закончили школу, было много предложений работать по всему Советскому Союзу. Все коллективы предложили нам. Ну, и там были и Эйфман, и Кобзон, с которым я в детстве в школе очень много репетиций провела. И все они нас видели, работали с нами. В вашем интервью ведь всего не рассказать. И тогда, когда я заканчивала, на меня прислали запросы. И на других. В том числе Чичинадзе из Театра Станиславского. Но заветное, заветное приглашение было самым окрыляющим. Но всё-таки Ленинград для меня был Ленинград мой родной. И тогда я была очень счастлива, что такой мэтр, такой великий человек меня приглашает. И поехала домой, получив свою первую медаль наравне с другими артистами. Разрешили участвовать нам, двум девочкам: одной из Перми – Любочке Кунаковой, которая в будущем стала замечательной балериной, и я с Колей Ковмиром, которые стали артистами Кировского театра. И Кировский театр меня и не думал отпускать. Поэтому, когда надо было подписать это распределение, то мне объяснили, что «ты должна работать там». Министерства были, они и есть, которые дают, выделяют деньги на образование. И нужно отработать там, где – в РСФСР, любой город выбирай. А Москва – это как бы министерство СССР было. И вот такая небольшая разница не позволила мне подписать Большой театр. И я подписала Кировский с огромной любовью и сердцем, что я остаюсь дома. Я ещё плохо понимала даже, что такое будет в моей жизни Большой театр. Благодарная, я написала телеграмму директору театра, главному балетмейстеру Юрию Николаевичу Григоровичу, что я благодарна и счастлива, спасибо. И потом проходит ещё год. И я снова приезжаю в Москву на конкурс. Эти замечательные вещи, конкурсы такие – это же что-то очень опасное. Там можно провалиться, можно, наоборот, вспыхнуть. Это загадка времени. Конкурсы, конкурсы. А это продолжается и будет всегда. Это же открытие. И я приезжаю снова уже на всесоюзный конкурс, где приняли участие очень многие будущие народные артистки – и Сморгачёва, и Хилько, и Валя Ганибалова, и многие-многие другие. И приехала юная Надя Павлова тогда, которой звёздочку открыли именно на этом конкурсе. Но я выступила, выступила успешно. И Юрий Николаевич сказал: «Мы уже давно хотим эту балерину. И пусть она будет у нас в театре». И министерство разрешило мне работать в Большом театре. Так я оказалась здесь, в этих замечательных стенах. Это моя вторая альма-матер в моей жизни.