Зрительские письма

Должен вам сказать, что мне много приходит писем после каждого фильма. Иногда просто сотня, иногда — несколько сотен. Я многие читаю. Но вот после «Чистого неба» пришло особенно много писем от людей, которым он понравился. И только одно письмо я получил возмущённое: мол, Сталин умер, а ты его, дескать, лягаешь ногой. Но многие письма мне очень дороги. Люди, скажем, писали мне из Магадана, что там многие покупали билеты на все сеансы и смотрели картину по нескольку раз в день. И я знаю, что в то время она сыграла очень значительную роль. Этот фильм мне очень дорог. Я знаю, что он не очень гармонично снят, там есть много шрамов. Ну, трудно — когда фильм снимается не по сценарию, а сценарий придумывается по ходу съёмки. Но я вам должен сказать: я его очень люблю. И когда сравнительно недавно, это года три-четыре назад, я вдруг получил приглашение прийти в «Художественный» на Арбате, — там показывали фильм. И меня очень тронуло, что никто не знал, что я там присутствую, а люди всё-таки встали и долго аплодировали стоя. Потому что для многих людей это было близко. Это же миллионы людей тогда пострадали вот таким вот образом, как наш герой. И им всё это было дорого. Вот, собственно, теперь я думаю, что я закончил.