Водораздел

Значит, теперь надо было придумать, какой же сделать водораздел. Я тогда ничего лучше не смог придумать, чем... Ну, поскольку оттепель — значит, были и заморозки, — первое, что пришло в голову, и, по-моему, правильно пришло — это ледоход. Но уже лето, никакого ледохода нигде нет. Тогда я разослал телеграммы на все студии Советского Союза с просьбой прислать мне срезки из других фильмов — может быть, у них есть ледоходы. Все откликнулись, все быстро-быстро это сделали. И я смонтировал из этих срезок сцену ледохода. Но на этом ещё дело не кончилось. Как только фильм был уже смонтирован по-настоящему, немедленно мне приказали везти его в Главк — ну, в комитет. Я привёз. В зале собралось много народу — все редактора и другие чиновники. Я сел за микшер. Обычно знаю, что для того, чтобы регулировать звук, надо, чтобы кто-нибудь сидел за микшером. Вот я и сел за этот микшер, занимался этим делом. Где-то вторая или третья часть фильма заканчивалась, вдруг дверь так приоткрылась, и кто-то оттуда крикнул, как в тюрьме: — Чухрая — на выход! Ну, я вышел. — Что такое? — А вот тут звонили нам по телефону. Сейчас подъедет чёрная машина, вы идите вниз к подъезду, сядете и поедете. Я говорю: — Куда? — Нам не сказали, куда. Просто поедете — и всё. Я спускаюсь вниз. Жду машину — машины нет. Начинаю волноваться. Подъезжает чёрная «Волга», действительно. Я заглядываю — там сидит Сурин. Значит, я сажусь рядом с ним. — Поехали, — говорит Сурин. И мы едем. — Вот, — говорит он, — вы там занимаетесь всякими, значит, опытами, экспериментами, а мне сейчас придётся отвечать. Нас вызывают в ЦК — на ковёр. Я говорю: — А за что вам придётся отвечать? — Ну как же? Вы вот сняли картину, да? А теперь вот... — Ну что, дело ведь в том, что я снимал не по сценарию. Поэтому вы совершенно не ответственны за это. — Ну да, — говорит, — а там скажут: «А вот у вас снимаются фильмы не по сценарию». А вы должны были знать, что это снимается не по сценарию. — Да, но я думаю, что то, что я снимал самовольно, это вас как раз полностью освобождает от ответственности. Ну, если вас пожурят — так немного, а попадёт-то мне, не волнуйтесь. — Ну да-да, вы это всё так прекрасно рисуете… А вот сейчас посмотрите, что будет.