Опасность совместных предприятий для России

И когда я в Корее на международном конгрессе в этом году выступала, я выезжала по науке, уже давно было запланировано, ещё до депутатства. Вхожу я в Международный комитет по религиоведению и являюсь членом научного комитета этого общества по религиоведению, по шаманизму наших народов. С докладом выезжала в Южную Корею. Там, когда разговор шёл о нашей республике и когда я выступала, брали интервью – о нашем мировоззрении, о мировоззрении наших народов, религиозном мировоззрении, о шаманизме. Ведь и шаманизм тоже пострадал и в 1930-е годы, как и большая наша религия – христианство и другие религиозные воззрения в нашей стране. И поэтому, конечно, это тоже своеобразная проблема. Разговаривая о религии, конечно, обязательно поднимались вопросы о моём депутатстве, о проблемах дальневосточных, наших региональных и о совместных предприятиях. Я тогда говорила, что не хотела бы, чтобы совместные предприятия с зарубежными государствами – будь то Япония, Южная Корея, Китай, Америка – всё равно, мы должны стоять на том, чтобы наша республика, особенно окраины нашей республики, не стали снова сырьевой базой. Я думаю, что нашим предпринимателям, советским, российским, надо очень хорошо подумать о том, когда мы заключаем совместные договоры по совместным предприятиям. Надо думать о том, что мы не имеем богатого опыта по созданию совместных предприятий. Значит, прежде чем идти с раскрытыми объятиями в эти совместные предприятия, надо хорошо проштудировать, чтобы не заключать кабальные договоры по продаже, допустим, нашего приморского леса. Уже больше года приходится вести борьбу, чтобы пересмотреть договор, заключённый по совместному предприятию по продаже нашего леса за рубеж. Я об этом говорила, что, конечно, бизнес – это есть бизнес. Тут нет пощады своему напарнику, так я понимаю, но тем не менее есть какая-то моральная основа, есть какая-то эстетическая основа в заключении этих договоров даже.