«Огонёк» при Анатолии Владимировиче Софронове

«Огонёк» был по-настоящему «Огоньком» тем, которым он был – это при Софронове. Чем, я говорю, хорош Софронов? Софронов не лез в кухню – как работают репортёры, как работают все. Принцип был простой: «Ребята, приносите, выкладывайте на стол, мы посмотрим, что это такое и разберёмся». Редакция жила тем, что все её сотрудники, корреспонденты выковыривают, выковыривают, выковыривают что-то своё, всё это приносят в корзину редакции. А удел редакции – отобрать, что подходит, что не подходит, что отвечает её, как говорится, ну, что ли, намерениям служить той или иной стране. А служить всегда приходится – подделываться под того, кто тебя содержит, кто тебя посадил на это место и т. д., и т. д., и т. д. Ну вот, а здесь всё это было обрублено. Такой бухгалтерский подход – чисто сухой: мы решим, а вы сделайте. Никто ничего не сделает – это понятно каждому, что всё это будет засушено. Короче говоря, чтобы быть редактором, нужно быть как минимум творческой натурой. Вот Софронов такой натурой был. Он был поэт, он был драматург. Ему там все завидовали драматурги, его все театры ставили. Они считали, что это не совсем справедливо, что он там за счёт чего-то, того-то, пятого, десятого... Но факт остаётся фактом: он понимал, что такое творчество, и поэтому никого не привязывал ни к чему. «Несите, делайте что хотите, выкладывайте на стол, а дальше будет всё». Как говорится, дальше всё будет на своих местах. Либо не пойдёт, но, скорее всего, это пойдёт. Вот это, наверное, основной принцип, который никому не стоит забывать: что всё-таки газета, журнал – ну, наверное, любое СМИ – начинается не с указания сверху, а начинается именно снизу, с инициативы, с желания вырвать, притащить, ну и, как говорится, просто продать, продать свой материал.