О сильном характере Ольги Аросевой

Она, конечно, была человеком необычайно мужественным, потому что о том, что она больна, никто не знал. Во всяком случае я совсем не знала. И даже когда она уже болела и не приезжала в театр, а была на даче, я ей звонила, она говорила: «Вот тут немножко почувствую себя получше и приеду обязательно. Прорепетируем и будем снова играть». И я была в этом абсолютно уверена. Просто считалось, что надо чего-то передохнуть, чего-то принять. Только потом, когда мы иногда повторяли, допустим, после летнего сезона: «Дайте стульчик, я немножко устала». Ей давали стул. Ну я думаю, может быть, ноги болят. Как-то совсем даже не думала, что она так тяжело больна. Потому что играла она на полную катушку. Все азартно, весело, с какой-то такой любовью к искусству. И так как произведение именно воспевало наше служение театру, то, как она говорила: «Какая бы я больная ни была, чтобы со мной ни происходило, я пела». И это был такой темперамент, когда публика могла вскочить и говорить: «Правильно». Понимаете? Она удивительно заразительная была.