Военный институт иностранных языков

Он назывался Военный институт иностранных языков Красной Армии – явление довольно уникальное, конечно. Почему уникальное? Потому что в какой-то период, в довоенный период – институт был образован в 1940 году, хотя до этого были всякие курсы, всякие факультеты везде – и при МГУ, и при втором инязе, всё это было. Уникальное – почему? Потому что там всегда, на протяжении практически всего существования этого института, собирались лучшие лингвистические силы. Педагогические, переводческие силы – тех людей, которые прекрасно знали то, о чём они говорят. Они прекрасно знали язык, они прекрасно знали страну, прекрасно знали всё то, что было необходимо для того, чтобы подготовить прекрасные переводческие кадры. Это было требование страны, и страна, в общем-то, отдавала всё, что можно, для того чтобы именно там готовили лучшие переводческие кадры. Во время войны это было понятно – нужен был немецкий язык, и другие языки: языки стран противника, языки стран союзников. Нужно было готовить качественных переводчиков и на Западе, и на Востоке. И их готовили – готовили лучшие силы. Соответственно, сформировалась уже какая-то школа. И вот эта школа, на мой взгляд, – это лучшая школа подготовки переводчиков, чтобы ни говорили в других вузах. Каждый вуз, естественно, хвалит свою школу, каждый, и у каждого вуза есть свои заслуги – безусловно. Военный институт расформировали в 1956 году, когда шло сокращение вооружённых сил. Тогда военный институт расформировали. Решили, что войны больше не будет, воевать не с кем, военные переводчики больше не нужны, вооружённые силы нужно было сокращать – и вот начали сокращать вот это всё. Тогда много чего сокращал Никита Сергеевич Хрущёв. В общем-то, по истории мы знаем, что этот период был довольно тяжёлый для вооружённых сил, вообще для нашей страны. И вот эти кадры замечательных специалистов – подготовленных, молодых выпускников, уже получивших определённый педагогический опыт, – они там работали, и они разошлись по разным вузам, по разным вузам страны. И во всех, во многих, во всяком случае, вузах – и специальных, вот типа Института иностранных языков имени Мориса Тореза, и в Московском университете, и в других вузах – были как раз выпускники Военного института. Они вынуждены были демобилизоваться и работали в разных вузах. Ну вот здесь, наверное, вы помните... Кого я точно знаю, что это были выпускники – это вот Клипко был у нас, Владимир, не помню его отчество, но он был, по-моему, с венгерским языком, на венгерской кафедре. С румынским – Заюнчковский, выпускник тоже Военного института. Ну и очень много других, конечно – Владимир Григорьевич Гак. В 1956 году его расформировали, а в 1961 году, то есть прошло всего пять лет, создали факультет при Военно-дипломатической академии, а в 1963 году восстановили Военный институт, но он уже перестал называться Институтом Красной Армии – просто назывался Военный институт иностранных языков. Я этот вопрос не изучал, но есть мнение, что Военный институт вновь открыли в 1961 году как факультет, а в 1963 году – уже как институт. Именно на фоне, во-первых, венгерских событий, во-вторых, когда начались уже какие-то такие антиколониальные движения в Африке. В Африке, ну и в Азии, конечно – это ещё и Вьетнам, это ещё и весь дальневосточный регион, Юго-Восточная Азия. И вот тогда возникает мнение, что да, война-то, конечно, закончилась, но возникают разные конфликты в самых разных уголках мира. Потому что Кубу вспоминаем – да, возникают разные конфликты, военные конфликты в самых разных уголках мира, где Советский Союз не может не принимать участие так или иначе. Либо он готовит кадры, либо он посылает своих советников, либо он посылает своё оружие, либо ещё как-то. Ну, как всегда бывает – такое вот соучастие в любом военном конфликте. Там, для обеспечения вот этого и подготовки кадров, и для того чтобы научить пользоваться системами вооружения, необходимы, естественно, переводческие кадры. С разными языками. И вот после этих всех международных событий, военных конфликтов, возникает идея открыть вновь Военный институт. И Военный институт, конечно, тогда уже ориентировался – если говорить о выпускниках – ориентировался на Африку.