Назначение Шелепина председателем КГБ

Перед Новым годом, перед самым Новым годом он меня пригласил и сказал: «Вот есть такое у нас мнение – утвердить вас председателем КГБ». Я ему сказал: «Никита Сергеич, что угодно, только не это». Я говорю: «Никита Сергеич, я не подготовлен к этой работе. Больше этого, даю вам честное слово, я боюсь ходить мимо этого здания, я обхожу это здание. Как же я приду возглавлять такой орган, не зная ничего?» – «Это вас не должно смущать. Это та же партийная работа, несколько другими методами. Нам нужен новый, энергичный, смелый, честный человек, который бы повёл борьбу до конца с бериевскими кадрами, продолжил работу по реабилитации незаконно осуждённых в своё время». – «Никита Сергеич, при всём к вам уважении, избавьте меня, я не согласен, не могу». – «Ну, хорошо. Идите, подумайте». Я ушёл. На другой день он опять вызывает: «Подумали?» Я говорю: «Подумал, Никита Сергеич. Всё передумал. Очень прошу вас не назначать меня на этот пост». Ну, он уже немного понервничал. «Ну, хорошо, идите». Я ушёл. Через сутки, по-моему, в четверг это было, вызывают на заседание Президиума. На заседании Президиума он сказал: «Вот я с ним дважды говорил, он дважды отказался. Я считаю, что надо его утвердить председателем КГБ». Ну, тут начались реплики: «Правильно, надо утвердить». Видимо, я так понимаю, что между ними уже предварительный был разговор, они договорились. Ну, что мне оставалось делать? Поблагодарил и ушёл. Ушёл, приехал в ЦК, сижу. День сижу, два сижу. Вечером звонок: «Вы где?» Я говорю: «В ЦК». – «Почему вы не идёте туда?» Это уже было под Новый год. Нет ещё приказа. Теперь, значит, да: «_Идите туда и принимайте дела у Серова». Ну, прихожу я туда. Честно вам скажу, коленки дрожат. Встал Серов из-за стола, бледный, очень бледный, как это полотно. Мне показалось, что он очень был растерянный, и я не исключаю того, что он думал, что я пришёл его арестовывать. Вот у меня такое чувство было. У него трясутся руки, в общем, не тот генерал. Да. Ну, я сказал: «Вот меня утвердили». Никто меня не сопровождал ни из членов Президиума, ни из секретарей ЦК. Один тет-а-тет с Серовым. Он мне передал ключи от шкафа, какой-то совершенно секретнейший шкаф с особыми шифрами. Ну, на этом расстались. И 1-го января 1959-го года приступил к работе.