Михаил Авербах – мой коллега и друг

Михаил Михайлович, во-первых, когда мы с ним познакомились, поразил меня своими чисто человеческими качествами. Поначалу, потому что он был очень доброжелателен. Очень, как бы сказать, старался всем помочь. У него было хорошее правило, о котором я говорил лично: «Если ко мне в кабинет пришёл человек, не важно кто – санитарка или ещё кто-то – значит, я ему нужен, и я обязан ему помочь». И это было его жизненное кредо – он помогал всем. И по работе, и по каким-то личным делам, по жизни. Помогал всем своим сотрудникам и не только сотрудникам. У него была отличная память, и я удивлялся, когда приезжали люди из разных республик и так далее – он всё помнил про них. Он спрашивал про семью, про детей, в общем, был в курсе их семейной жизни. Я с ним проработал почти 30 лет, рядом, вместе. И в результате – это был редкостный человек, с которым можно было решать всё. Как научные проблемы, так и семейные. В частности, он участвовал в том, чтобы пробить мне квартиру для моей семьи, обзванивал всех. Да и не только мне – сейчас любого сотрудника в нашем отделе можно спросить, чем помог Михаил Михайлович, и он скажет почти то же самое. Но, а как учёный – это тоже исключительный человек. Вот, наверное, благодаря его отношению к людям, его отношению к жизни все признавали его творческую направленность или творческий авторитет – как учёного, как человека. У него было очень много друзей различного плана, различных специальностей – и академиков, и не академиков, с которыми он дружил. И практически все его любили. Я хочу сказать, что вот когда я как-то, где-то в 69-м, наверное, году или чуть позже, отдыхал в Крыму, был там знаком с одним главврачом противотуберкулёзного санатория. И они мне все говорили: «Михаил Михайлович у нас в Крыму отдыхает». Все, все его по всей стране знали. Когда я приехал на свою первую конференцию в Одессу, мой доклад стоял вторым – после профессора Тараненко, который возглавлял кафедру туберкулёза в Медицинском институте в Одессе, – потому что первым автором значился Михаил Михайлович Авербах. И все его знали, поэтому доклад поставили вторым. Но он не поехал – поехал я, как соавтор. И там люди удивлялись. Один не выдержал – мы с Марией Гавриловной Алябиной ездили, вот, она всё время меня тоже таскала – то в президиум, то туда, то сюда, то на банкете за центральный стол – и один не выдержал и спрашивает: «Молодой человек, кто вы такой? Почему вам такое вот уважение, почему вы вот…» Я говорю: «Я работаю у Михаила Михайловича Авербаха». – «А, ну тогда всё понятно». Понимаете, это имя делало всё – и отношение людей, и открывало, как бы, вот дорогу, ворота в различные деятельности.