Полярником я стал достаточно случайно. Дело в том, что в 1970 году я закончил обучение на кафедре океанологии географического факультета Ленинградского государственного университета. И совершенно неожиданно для себя получил распределение в Арктический и антарктический научно-исследовательский институт в отдел океанологии. Честно говоря, я никогда в студенческие годы не задумывался о карьере полярника. У меня были несколько другие представления о жизни океанолога. Но так уж получилось, что, действительно, это было очень заманчивое предложение. Это, наверное, одно из лучших мест по распределению было. И я, естественно, согласился. И, начиная уже с весны 1970 года, а я в августе пришёл сюда на работу, я стал принимать активное участие в работах различных арктических экспедиций, в высокоширотных воздушных экспедициях «Север», в ледовых патрулях. Поэтому… а позднее на дрейфующих станциях «Северный полюс – 22» и 29, где я был начальником станции. Вот так началась моя арктическая карьера. Причём первые 20 лет она была посвящена исключительно Арктике. И несмотря на то, что моя дипломная работа в университете была посвящена океанологии Южного океана – Антарктика – и у меня даже в первые годы прихода на работу в институт была мечта попасть в морской отряд Советской Антарктической экспедиции, вся дальнейшая моя работа в Арктике, она, в общем-то, отодвигала Антарктику всё более-более на отдалённый план. И в результате, когда я особенно познакомился и близко сошёлся с одним из моих главных полярных учителей Юрием Борисовичем Константиновым – это произошло на дрейфующей станции «Северный полюс – 19», где он был начальником в 1972 и 1973 годах – мы очень много с ним тогда разговаривали. И он был ярый поклонник Арктики и противник Антарктики. И он меня, по сути дела, обратил в свою веру. И я, честно говоря, даже никогда не задумывался о том, что окажусь когда-то на противоположном краю Земли.