Вы понимаете, я подвергся обструкции своими коллегами по работе в Арктическом институте. Потому что здесь, публично на Учёном совете, я доказывал, и не только здесь, а и на коллегиях Росгидромета, что Антарктида нужна нашей стране не для научных исследований, а только для обеспечения геополитических интересов нашей страны в этом регионе планеты. Меня клеймили позором, говорили, что я занимаюсь не своим делом и так далее, и так далее. Но когда в октябре 1996 года Комиссия по оперативным вопросам правительства Российской Федерации заслушивала вопрос о целесообразности продолжения деятельности Российской Антарктической экспедиции – так вопрос стоял – и когда в тексте этого доклада я как раз написал о важности геополитических интересов нашей страны в Антарктике и о том, что если мы оттуда уйдём, нас туда уже больше никто никогда не пустит, это подействовало. И так мы сохранились. Тут много о чём можно вспомнить: как добывались бюджетные финансы для этой экспедиции. Но результат налицо. Дело в том, что Российская Антарктическая экспедиция – а так мы стали называться после указа президента Ельцина от 9 августа 1992 года, когда Советская Антарктическая экспедиция сменила своё название на Российскую, – ни на год, ни на месяц, ни на день не прекратила своей работы.