Династия Маковских

Один дедушка был Душкин. Но другой мой дед, которого я не видела, был из замечательной династии русских художников — Георгий Константинович Маковский. Моя мама — Маковская. Он был внуком Владимира Егоровича Маковского. Я очень рада, что в этом году прошли две крупные выставки, на которые я съездила в Серпухов. Это абсолютный успех: два брата, Константин и Владимир, старший и младший, такие разные, но мастера совершенно замечательные. Там представлены, конечно, портреты Егора Ивановича Маковского — это и было началом всей этой линии, он тоже был связан с Кремлём, работал в экспедиции кремлёвского строения. Как пишут, он был простым бухгалтером, но это всё-таки было мощное заведение. В статусе бухгалтера он стал крупнейшим коллекционером и одним из основателей Московского училища живописи, ваяния и зодчества, которое развилось из рисовальных классов. Судьба моего второго деда сложилась очень тяжело. Он не уехал после революции, хотя был петербуржец. В архивах я видела его анкеты: он писал «великоросс» — не русский, а великоросс, как это понималось до революции. Он окончил первый курс консерватории. Когда началась революция, ему было 17 лет, он 1900-го года рождения. Он поступил в Горный институт, решил приносить пользу и попал в общество замечательных горных инженеров. Владимир Егорович Маковский, мой прапрапрадед, был женат на Ане Петровне Герасимовой, замечательной певице. У них было много связей с выдающимися людьми, например, с Николаем Рубинштейном — сохранился кабинетный портрет Рубинштейна с автографом. Её отец, Пётр Александрович Герасимов, известный архитектор и реставратор, был одним из основателей и короткое время председателем Московского архитектурного общества. Он работал в Кремле, строил Большой Кремлёвский дворец, реставрировал Грановитую палату, сотрудничал с Тоном и Чичаговым. В последние годы жизни он преподавал и был директором Московского дворцового архитектурного училища. Он стоял у истоков формирования русской школы реставрации. Егор Иванович Маковский познакомился с ними в экспедиции кремлёвского строения. Одно время они жили в Кремле, потом на Пречистенской набережной — московская ветвь семьи. У Егора Ивановича была жена Любовь Корнельевна Маленгауэр с немецкими корнями. Её потрясающий портрет Тропинина хранится в Саратовском музее, я видела его на выставке в Академии художеств много лет назад. Она была красавицей с великолепными глазами, которые перешли детям. Семья имела и итальянские корни — очень интересный клубок связей. Георгий Константинович Маковский окончил Горный институт. За выдающиеся успехи в 1926 году его направили в Америку, где он занимался исследованием и приобретением металлургических заводов и медеплавильных комбинатов. Он ездил также в Германию, Норвегию, привозил проекты, заключал концессии и строил заводы. Он был великолепно образован: мама говорила, что он знал восемь языков, свободно говорил на немецком (окончил «Петришуле» в Петербурге), шведском, французском, английском и, конечно, русском. Он был полиглот, и любовь к иностранным языкам во мне, я думаю, от него. Он работал в системе Наркомтяжпрома, и когда Орджоникидзе взял власть, их всех очень быстро арестовали. В 1937 году его репрессировали, со всеми последствиями, которые отсюда последовали.