Создание кафедры древнерусского певческого искусства в консерватории Санкт-Петербурга

И вот когда я уже читала этот курс с 1974 года у музыковедов, сразу же начали приходить ко мне в класс по специальности довольно много студентов. Почему-то никто не возражал, как-то это уже считалосьН ну, не то чтобы нормой, но ничего страшного, пусть будет. Причём, курс назывался не «Литургическое пение», а «Русская музыкальная медиевистика» или «Русская музыкальная палеография». Слова такие незнакомые, а что за ними – никто не знает. Потом пришло время 1979 года, когда я оказалась проректором по науке. А потом были «Бражниковские чтения», «Лихачёвские чтения», несколько пасхальных фестивалей, где проходила так называемая «Седмица» русского церковного пения. Несколько замечательных фестивалей прошло. Начиная с 1981 года, появились «Невские хоровые ассамблеи». Особенно знаменательна была первая – 300 лет русской хоровой музыки. Это было совершенно замечательно. Отношение к церковной музыке менялось, и стало заметно огромное внимание молодёжи к этому искусству. Не к юным, а к людям уже с образованием, иногда даже среднего технического звена. На одном из этих «Невских хоровых ассамблей», когда мы проводили социологическое обследование, один из участников написал: «Хватит разбрасывать камни, пора их собирать». И мы собирали, собирали… И наконец, в 1992 году вместе с очень хорошим фольклористом Анатолием Михайловичем Мехнецовым пришли к Чернушенко и предложили: «Давайте создадим новую кафедру – «Кафедра музыкальной этнографии и древнерусского певческого искусства»». Чернушенко сказал: «Прекрасно». Кафедру сделали. А в 1993 году на этой кафедре открылось новое направление – «Древнерусское певческое искусство». И собственно, 1993 год и считается началом создания кафедры «Древнерусское певческое искусство».