Рыбалка и охота. Как Михаил Шолохов оценил значимость Нобелевской Премии

Это безусловно была очень важная часть семейной жизни. Главный вид отдыха, которому все следовали и который все любили. Как я уже говорил, бабушка была самым главным заводилой и, наверное, самой азартной рыбачкой-охотницей. Это была хорошая традиция и с детства прививаемая культура. Нас, меня и моих братьев, начинали брать на охоту буквально как только мы начали ходить, из-под стола вылезать. Я честно не могу вспомнить своих первых поездок на охоту. Конечно, нас опекали, постепенно мы продвигались: от просто присутствующего до «спаниеля» и дальше. Это была школа для рыбака и охотника. У нас всегда чётко различали охотников и стрелков. Стрелку неважно, по чему стрелять, по кому стрелять, сколько стрелять. Охотник – это человек, который знает природу, знает дичь, уважает её и никогда не возьмёт больше, чем нужно. С одной стороны – навыки, с другой – принципы. Это прививалось прямо с самых молодых лет. Сейчас, когда я общаюсь с ребятами младше меня, вижу, что им часто не хватает такого обычного, правильного подхода. Современные представления о «охотниках» – человек вооружился немыслимым оружием, выехал на природу и после первых трёх бутылок стреляет по всему подряд. Нет, охотник – это не стрелок, а стрелок – это совсем другое. У нас это всегда называлось пренебрежительно. Вообще, на рыбалке и охоте проводили много времени. Дедушка с бабушкой были очень основательными, поездки не на несколько часов, а на несколько дней, недель, а то и на месяц. Казахстан для нас стал вторым домом: во время войны семья была эвакуирована в северный Казахстан под Уральск, а местность там очень похожа на Дон – малонаселённая, много дичи и рыбы. Для дедушки это была возможность уйти от лишнего внимания и спокойно поработать. Он даже получил известие о Нобелевской премии во время одной из поездок. Тогда секретарь обкома Уральского летал на кукурузнике, чтобы найти его, потому что остановились в палатках на дичином месте. Пилот сначала не поверил, когда дедушка сказал: «Вон палатки, садись!» – мол, что, это Шолохов там живёт? А на самом деле да, жил в палатке и узнал о премии. Осень 1965 года. В одном из интервью он описывал этот день с присущей точностью расстановки приоритетов: с утра хорошо поработал и написал трудные страницы, в обед получил известие о Нобелевской премии, а к вечерней заре двумя выстрелами сбил двух гусей – редкость. Для него это был удачный день. Рыбалка и охота для него – способ полноты жизни, нахождения на природе, в степи, у реки, в лесу. Принцип у них с бабушкой был такой: охотились только по перу, только по птице, начиная от перепелок и куропаток, заканчивая гусём. Особая охота была на дрофу – огромную степную птицу, самец которой весит более 16 кг. После войны также была охота на волка, их было много, представляли опасность и досаждали людям. Собаки обязательно, легавые – интеллигенция охоты по птице, делающие стойку. Эти собаки всегда были в доме.