Семья моего папы, Святослава Кнушевицкого

Вы знаете, как бывает: единственные противоположности? То есть и характер, и у папы, и у мамы абсолютно разные, ну, до такой степени, что ведь папа – ученик действительно великого педагога Семёна Матвеевича Козолупова. Потому что ту плеяду, которую он воспитал, то есть все виолончелисты были ученики Козолупова. Куда ни посмотри: «А у кого учились?» – «У Семёна Матвеевича, у Семёна Матвеевича». Ну, папу привели в Саратове к Семёну Матвеевичу, когда ему было 12 лет. И у меня где-то есть его письмо – и он пишет в Петровск, к родителям, и пишет, что: «Я играл Семёну Матвеевичу». А дело в том, что его отец, Николай Николаевич Кнушевицкий, который был юрисконсультом всего лишь, но он обожал музыку. Он сделал оркестр самодеятельный тогда, ну, любительский. Он перекладывал на ансамбли, трио, дуэты, квартеты – всё это было, невероятно оркестровал. И двое сыновей. Младший, Святослав, Светик, постарше его – Виктор Николаевич, который создал невероятный джаз и который оркестровал всё. Если вы сейчас вспомните знаменитый «Марш цирка» Дунаевского, это же всё оркестровка Виктора Николаевича Кнушевицкого, когда, казалось бы, мелодия, а вас мороз по коже дерёт. Про него Мясковский как-то сказал: «Господи, Виктор – это такой талант. Вот пальцем нажми на руку – брызжет талант». И младший Святослав, Светик. Была старшая сестра Нина, ну, та просто играла по-домашнему на рояле. Кстати, познакомила папу с мамой Валентина Павловна Журавлёва. А папа был в Москве такой… Антонина Васильевна Нежданова как-то сказала: «Наточка, в чём дело? Тебя опять видели с этим хулиганом Кнушевицким». Мама так, немножко уже стеснялась, потому как уже носила такие широконькие платьица. «А, ну да, Антонина Васильевна». Но самое смешное, что уже потом, когда прошли годы, и когда папа говорил: «Антонина Васильевна, так вот хулиган Кнушевицкий» – «Ну, Светик, прекрати». Вот это было так.