Новгородские грамоты он начал читать после того, как он создал своё «Русское именное словоизменение», это была его кандидатская диссертация, и когда он эту диссертацию предложил к защите, то учёный совет нашего Института славяноведения, где он тогда работал, тоже ещё расскажу почему, вернее, не институт, институт принял это к защите, а другие разные люди, в том числе математики, выступили с таким предложением, написали письмо в учёный совет, что они считают, что эта диссертация заслуживает присуждения докторской степени, а не кандидатской. Вот. И это была почти детективная история, потому что для того, чтобы… Это невозможно было просто на том же самом учёном совете, на котором была назначена кандидатская защита, принять решение о том, что это докторская, потому что для докторской защиты нужны другие оппоненты. Например, для кандидатской один доктор и один кандидат может быть, а для докторской должно быть три доктора. Значит уже нельзя сразу. И тогда учёный совет нашего института отложил эту защиту на несколько месяцев с тем, чтобы обновить состав оппонентов и подготовить вообще эту защиту. И надо же, чтобы так получилось… Это, значит, в марте была назначена первая защита и перенесена на май. И вот это в это время, между мартом и маем, Зализняка стали призывать в армию, потому что у него уже, наверное, кончилась тогда аспирантура, и в общем он подлежал этому призыву. И, в общем, это была целая эпопея, которая очень хорошо известна, в лицах рассказана там его какими-то друзьями, как он освободился от этого самого военкомата. И защитил диссертацию докторскую успешно и получил степень доктора, и дальше уже пошла какая-то более благополучная такая формальная карьера.