Путь вглубь страны

Эвакуация, в моей памяти, состояла в основном из бесконечных ожиданий какого-то транспорта, который в конце концов приходил, вёз тебя в восточном направлении, высаживал и дальше не шёл. Таким образом, в конечном итоге, мы доехали до Перми. Значит, нас довезли до Ярославля. В Ярославле, значит, тоже, путём бесконечных ожиданий, какой-то корабль нас поместил и повёл до Казани. Казань нас уже не приняла – она была переполнена беженцами. Более того, наш корабль атаковали беженцы, сидящие на берегу, и моментально заняли весь трюм этого парохода. Это я хорошо помню. И охрана ничего не могла сделать. Правда, эти люди по ходу потом дальше на пристанях вылезали. Где они там располагались – не знаю. А наш корабль завернул в Казани на Каму и по Каме пошёл. И дошёл до самой конечной точки – до Перми, которая нас тоже принимать не собиралась. И мы должны были корабль освободить. Это всё где-то 20-ые числа 41-го года. Узнали, что Киев взят – это я помню. Ленинград уже был окружён. Значит, нас всё-таки путём бесконечных пересадок отвезли в деревню, которая располагалась как раз по ходу магистрали Москва – Пермь. И поезда там, в общем, не останавливались. Какие-то теплушки туда время от времени завозил паровозик, допотопные теплушки. В общем, нас туда отправили, распределили у крестьян. Крестьяне тамошние были более тёмные, чем те, к которым мы привыкли под Ленинградом. У них не было даже понятия о туалетах, например, никакого. В общем, они были более замкнуты, как-то не очень дружелюбно нас приняли.