Доклад Хрущёва на XX съезде партии

Я считал, что мне даже повезло. Вот в каком смысле. Когда пришёл текст секретного доклада Хрущёва о культе личности в обком, секретарь обкома партии, который, конечно, и знал, и на съезде был, лично вручил мне этот текст доклада и сказал, что не вынося его отсюда, прочитай. Я прочитал этот доклад, не выходя из обкома, где-то поздно ночью уже закончил этот доклад. У меня было такое впечатление, что именно с этого момента я стал седеть. Такое впечатление произвёл на меня этот доклад. Потому что я откровенно скажу, что у меня не было никаких сомнений насчёт того, что что-то делается неправильно. Я так же, как и многие, думал, что всё разрушено из-за войны, надо это восстановить, и всё будет нормально. Я был в то время ещё, ну, естественно, каким может быть человек в свои молодые годы, который на протяжении всей своей жизни совершенно не сомневается в том, что всё делается правильно. И вот многие ведь не поверили тогда этому докладу, и раскололись сами ряды партийцев. Значительная часть настроилась против всего этого. И потом дальше выяснилось, что он и в этом проявил огромное мужество. Он же доклад делал не от имени ЦК, его ЦК не поддержал в этом отношении, политбюро не поддержало, а он вышел и сделал доклад от имени самого себя, как первого секретаря ЦК. Его же могли бы растерзать на этом съезде, потому что он не выражал коллективной позиции, а он это сделал. Но это уже потом выяснилось. Но в данном случае, я перед лицом, или лицом к лицу с этим документом, вышел в течение каких-то часов другим человеком из дверей обкома, чтобы завтра прийти сюда на работу и вернуть этот текст. Ну и началась в обкоме серьезнейшая борьба между нами. Я повторяю, что некоторые готовы были вырвать глотку каждому, кто поддерживал Хрущёва. Я оказался среди тех, кто поддерживал именно Хрущёва. Поскольку, если человек убеждён и верит в то, в чём он убеждён, он с такой же страстью борется и против той точки зрения, которой он придерживался вчера. И вот со мной это случилось. Я выступил против той точки зрения, которую я отстаивал вчера. И я понял, что, и сейчас понимаю, что это, в принципе, вовсе никакое не приспособленчество. Это бывает и приспособленчество, сколько угодно, но бывают и вот такие повороты, которые играют решающую роль.