Мне достаточно было посмотреть на него, когда он приходил из театра, и я прекрасно понимал: был ли у него тяжёлый день, какое у него настроение, какие-то там у него были дела... Мне бы не хотелось останавливаться подробно на этом. Но я повторяю, что театр – это постоянная какая-то история. Взаимоотношения у него всю жизнь были непростые, в том числе из-за его характера. Он мог обидеться на кого-то. Если он обижался, это могло быть на всю жизнь или, скажем, на 10 лет. Пока человек, сделав что-то, не завоёвывал обратно его доверие. Его характер – он был упрямый, как тысяча чертей. Он что-то себе в голову брал, и его нельзя было сдвинуть. Он считал... Отчасти он делил, видимо, на чёрное и белое. У него серый цвет минимально присутствовал в жизни.