Ну, последний обед, как это там, уже проходил, по-моему, по стандартной схеме. Где-то вечером он вызывал, и довольно поздно иногда, чуть не часов так в 11, вдруг следовал звонок, и Никита Сергеевич уезжал и возвращался под утро. Ну и последний обед этот был тоже такой, ничего вроде не предвещавший. Обычные там развлечения, какое-то застолье, питие и так далее, и так далее. И Сталин был нормальный и всех проводил до двери, попрощался и всё. И как вот Никита Сергеевич вспоминает – это был вроде бы субботний день, на следующий день воскресенье. И он был уверен, что в воскресенье-то уже Сталин, который был, конечно, абсолютно одинок, и только вот эти люди составляли его компанию, непременно позвонит и вызовет. Ну вот звонка нет, нет, нет и нет, и до самого вечера нет, и вроде бы так весь день этот прошёл, что было само по себе удивительно. Ну, я думаю, что Никита Сергеевич может даже и чувство облегчения испытал, поскольку немножко мог как-то расслабиться. И он в общем любил, как я уже говорила, как на даче, походить часа два-три, потом посидеть, почитать. Но тем не менее этот день прошёл, и где-то только уже ночью последовал звонок от Маленкова ему, что что-то, видимо, случилось и надо поехать на ближнюю сталинскую дачу. Это вот здесь, где сейчас сооружается грандиозный монумент в честь Победы. И что вот оттуда звонят, охрана звонит, что что-то такое происходит.