Встреча в 1941 году. Часть 1

Второй раз встреча была у меня уже с ним в войну, в 1941 году. Война. Уже мы приступили к оборонным сооружениям вокруг Харькова. Население копало рвы противотанковые, там надолбы ставили и так дальше по основным направлениям. Пришла ко мне группа молодых учёных с предложением: «Пётр Ефимович, давайте мы сделаем вот это, что роем мы, давайте мы облегчим. Взрывчатка есть. Взрывчатку заложить и взрывчаткой сделать канал, а потом только подчистить». Я говорю: «Ребята, взрывчатки нет». «Мы с этим предложением пришли. Давайте мы сдела-, нам дайте возможность. На заводе шампанских вин мы сделаем пробную, пробу производства взрывчатки». И так сделали. Сто килограмм первой взрывчатки. Поехали мы на полигон, испытали её хорошо. Приехал я на завод, а мне говорят, меня разыскивают в обкоме партии, чтобы срочно приехал сам. Я молодой, тридцати трёх лет только ещё, сам за рулём, сел, приехал. В приёмной очень много людей таких незнакомых. Я к дежурному, говорю: «Я приехал». «Заходите». Я говорю: «Доложите». «Заходите, вас ждут». Захожу, там сидит Никита Сергеевич и Епишев. Епишев был первым секретарём обкома Харьковского, который был начальником политуправления советской армии. Я захожу. Епишев меня представляет: «Вот это, – говорит, – товарищ Шелест». А он на меня так посмотрел: «Я его запомнил по его причёске. Он когда был на приёме, я её запомнил». Это тоже юмор какой-то. И так поговорил со мной. И говорит: «Вы на самолёте не боитесь летать?». «Я в советской, в Красной Армии служил, много летал. Здесь даже так побравировал немножко, есть у меня восемь прыжков парашютных». Он ухмыльнулся, говорит: «Дай бог, чтобы на этот случай они не понадобились тебе. Лететь придётся тебе в Тулу на оружейный завод. Взять там техническую документацию и в Харькове организовать производство автоматов ППШ». Это Шпагина, пулемёт, пистолет-пулемёт Шпагина. Сдали документы. Он говорит: «Самолётом каким?». Я говорю: «Заводским самолётом». У нас на заводе был заводской самолёт. Купили мы у немцев двухрамный такой небольшой самолёт. Полетел я. Над аэродромом чуть нас не расстреляли. В темноте мы уже пришли, связи нет. Осветили: двухрамный самолёт летит. И по нас трассирующим, с пулемёта трассирующими. Ну хорошо, что лётчики вот такие опытные посадили. Был я у Жаворонкова, у первого секретаря. И этой же ночью пошёл на завод знакомиться со всей технологией. На следующий день встретился со Шпагиным. Всю технологию, цепочку технологий я прошёл, посмотрел вплоть до тира для отстрела. Взял документацию, прилетел, доложил Хрущёву. И он говорит: «Очень интересуется товарищ Сталин производством ППШ». И мы выпустили первую партию – 5 тысяч штук. А потом началась большая бомбёжка Харькова, и нашу мастерскую, где мы выпускали, разбомбило, были жертвы. Вот это – я второй раз в войну лично близко встречался.