Роль личности в истории может проявляться тремя способами. Первое – личность может оказаться в нужное время в нужном месте. Горбачёв и Ельцин были такими, на самом деле. Она может оказаться не в нужное время в ненужном месте. На мой взгляд, это трагедия Бориса Николаевича после, ну, как я думаю, после 1997 года. И она может быть абсолютно безразличной и этому времени, а время – этой личности. Поэтому тут проблема только соответствия между личностью и временем. Ельцин был своему времени более чем адекватен. Для меня это бесспорно. Другое дело, что … Вернее так, и эта адекватность проявлялась в том, что он до определённого времени чувствовал, как бы ветры этого времени. Вот опять мы приписываем результат намерениям. Это обычное человеческое заблуждение. Человек шёл, споткнулся, упал. И мы думаем, надо же, как это здорово придумал, и как нам смешно и радостно. Вот так он ловко упал. Не собирался этот человек падать. Точно так же ни Горбачёв, ни Ельцин не собирались разрушать Советский Союз. Они действовали в логике неких своих, так сказать, идеальных представлений, как, например, можно исправить Советский Союз. Или, например, как должно быть устроено по уму народное хозяйство. Что вот не нужен такой суперконтроль и прочее, и прочее. А результат получался исторически неизбежный. И больше ничего. А дальше, ну да, проблема политика – минимизировать негативные эффекты этого результата. И более или менее, на самом деле, кое-кому из них удавалось. Если бы вместо Ельцина был кто-нибудь другой, ну, я не знаю, Бакатин, который выдвигался на должность президента Российской Федерации, или Тулеев, это никак не повлияло бы на конечный результат. Это повлияло бы на форму конечного результата. Потому что позиция РСФСР в тот момент не решала конечного результата. Уже фактически отделилась Прибалтика. Уже Украина провела свой референдум – «Мы хотим быть отдельно». Уже Грузия, уже Молдавия, уже Белоруссия и так далее. Ну, вот это называется не разрушение, а отшелушивание, оно уже происходило. Там всё взаимосвязано в этом процессе. Во-первых, беднеет казна имперская. Рухнули цены на энергоносители, а страна уже была на этой нефтегазовой игле. Цены рухнули. Экономика не работает, кормить не может людей. Покупать не на что импортное продовольствие. Ведь в конце 1991 года там был круглый ноль с минусом. А на фига нужна такая метрополия, которая тебе не может кидать денежку? Это первое. Это чистая экономика. Второе – разрушение в сфере отношений между элитами началось гораздо раньше. Оно началось при Андропове, когда Андропов начал из абсолютно благих побуждений, начал борьбу с коррупцией в республиканских элитах. А ведь империя держится, помимо прочего, на так называемом договоре элит: мы обеспечиваем вам лояльность, вы обеспечиваете нам нашу возможность контролировать статус-кво на наших территориях, ну, плюс ресурсы, естественно. И когда вдруг начались эти процессы в республиках уголовные, элитами это было воспринято как одностороннее расторжение статус-кво. И они ждали только одного. Ими это было воспринято как одностороннее расторжение вот этого договора элит. И они ждали только одного – когда имперский центр ослабнет. Как только он ослаб, они в сторону, как мыши с тонущего корабля. И всё. Вот два базовых фактора.