Изменения в экипаже «Союза-11»

После того как первый экипаж — Шаталов, Елисеев, Рукавишников — не смог перейти на станцию, программа первой экспедиции всё равно должна была быть выполнена. Соответственно, должны были полететь дублёры. Дублёрами были Леонов, Кубасов и Колодин, а также второй экипаж — Добровольский, Волков и Пацаев, которые должны были дублировать полёт. Экипажи прилетели на Байконур, но за три дня до запуска, при очередном медицинском обследовании, у Кубасова в лёгких обнаружили затемнение. Среди врачей возникла паника: предположили, что это начальная стадия туберкулёза. Никто не взял на себя ответственность сказать, что лететь ему можно. Встал вопрос перед комиссией: что делать? Заменять весь экипаж, ведь до запуска оставалось всего три дня, или заменить только бортинженера. В этот момент корабль уже вывезли на стартовый комплекс вместе с ракетоносителем. С экипажем решения пока не было. Мишин, например, настаивал на замене всего экипажа, аргументируя тем, что Леонов ещё не летал на «Союзе», и стыковка вручную будет достаточно тяжёлой. Каманин настаивал на замене только бортинженера. Леонов тоже хотел лететь, он прошёл тяжёлую подготовку по Лунной программе, которая к тому времени была почти закрыта, и ему очень хотелось полететь. В итоге Леонов убедил комиссию заменить только бортинженера — Кубасова на Волкова. Но когда Волкову сообщили, он отказался: «Я полечу только со своим экипажем». Он был принципиален, уже считался героем, расправил плечи и сказал, что не полетит с Леоновым. В результате пришлось заменить весь экипаж. Так, за три дня до запуска основным экипажем стали Добровольский, Волков и Пацаев. Они успешно полетели в космос, состыковались со станцией и перешли в неё, но сразу начались внештатные ситуации.