Моя встреча и неудавшаяся фотография с Нильсом Бором

Я видел Бора, я разговаривал с Теллером. Эдвард Теллер - это отец водородной бомбы. Я с ним лично беседовал здесь, в Дубне. Он приезжал сюда в 1992 году. Например, жал руку Молотову. Бор провёл здесь день или два, когда приехал в Советский Союз. У нас он был, наверное, минут 15-20 на реакторе. Ну, посмотрел реактор. Меня тогда туда не взяли. Там с ним были только важные люди. Я видел его перед этим, когда он стоял и разговаривал с Франком, нашим директором. Кстати, наш директор был лауреатом Нобелевской премии. Там стояли Франк, Шапиро (наш заместитель директора, наш любимец) и Нильс Бор. Я решил их сфотографировать, но меня оттащил начальник первого отдела и запретил это делать. Я спросил: «А что вы меня это всё?» А он отвечает: «Вы секретную схему снимаете». А у них за спиной висела схема охлаждения нашего реактора или электросхема, не помню точно, какая именно. Причём я сам эту схему рисовал, и она висела на стене. Так мне и не удалось снять Нильса Бора. По словам тех, кто был там, по-разному переводили то, что он сказал. Несколько вариантов есть, в зависимости от того, насколько человек знал английский язык и насколько внятно говорил Нильс Бор. Я читал воспоминания об этом. Говорят, что Нильс Бор тогда как-то нечётко произносил английские слова. Ему было тогда 80 лет - он моложе меня был, но, видимо, долго не разговаривал по-английски, и у него это вызывало затруднения. Короче говоря, интерпретации его слов были разные. Мне больше всего понравился такой вариант, и я его, когда говорю, передаю так: «Он сказал: "Да, этот ваш реактор - простая, но изящная машина"». Изящная машина.