Гениальная Нина Дорошина

Нинуля прежде всего была гениальной актрисой. Совершенно гениальной. Играть с ней было наслаждение сплошное: ты можешь забыть мизансцену, забыть текст, опоздать на выход, и она не терялась никогда. Она что-нибудь от себя скажет в это время. Запросто совершенно. Вообще, она же отличница, она с золотой медалью окончила школу и потом Щукинское училище. Нинон находчива, из любого положения она спокойненько выходит. Мы играли с ней пьесу Вампилова, и она, значит, там с Далем стоит. Даль играл её любовника, а я играл директора гостиницы, которого они довели, который лежит, значит, в постели и говорит, что у него инфаркт случился. А в это время входит Даль с бутылкой шампанского и говорит: «Ладно, сейчас вылечим, всё нормально будет, всё». И, значит, открывает эту бутылку шампанского – и прямо ей в глаз. Вот так вот, с ходу. Она остолбенела на секунду, там пустая сцена, и на ней окно было одно, из дерева окно было вырезано. Она подбегает к окну, а оно без стёкол, конечно, только рамы одни. Открывает туда, как бы на улицу, и начинает обмахиваться. Вот такие случаи были. Забыть текст, когда играешь с ней, это вообще без проблем. Она тебе даже подсказывать не будет, она дальше пойдёт. Всё нормально. Мне всё время говорит: «Не заклинивайся, иди дальше, и всё». С Олегом Николаевичем они были любовниками всю жизнь. Наверное, единственный, кого она любила. Потому что у неё роман с Далем был, даже они расписались, какое-то время жили. Потом у Даля с Лавровой был... Нина к этому как-то спокойно относилась. У неё вообще проблем никаких не было по жизни. Она жить могла где угодно, снимала комнаты какие-то. Вот в подвале какая-то у неё была комната рядом с цирком. Там репетируем-репетируем что-то, она: «Витюшка, мне сейчас звонили из “Пекина”, там на шестом этаже в буфете привезли вино грузинское красное. Нас ждут». Всё. Подымаемся туда, пьём вино. Я говорю: «Нинон, ну давай я тебя провожу». Она у планетария жила, а я дальше, на Чайковского. «Давай провожу тебя». Она говорит: «Не волнуйся, сейчас за мной приедут». Я говорю: «Кто за тобой приедет?» Она говорит: «Как кто? Мотоциклист». Милиционер на мотоцикле. Он когда дежурил, она, значит, звонила ему: «Мы в “Пекине”. Приезжай за нами через часочек». Вот уж пошла там, и довозил её, значит, разгружали, потом меня вёз тогда домой.