Он постарше. Нет, с Искандером меньше приходилось, просто он был мой любимый писатель с детства. Вот его рассказы, особенно «Колчерукий», потрясающий рассказ о старике, одноруком старике. Помните, как они спорили с другом, и когда он умирал, он говорит: «Сделай для меня, чтоб ты на лошади перепрыгнул через мой гроб. Я так хочу, чтобы такая память о тебе осталась». И, когда подготовили всё, лошадь не стала прыгать через гроб, она боится запаха, и тот, как бы, усмехнулся в гробу, перехитрив своего друга. Вот такие замечательные герои. Я помню, во ВГИКе писал анализ этого рассказа. И, конечно, какое-то время он был лучшим, лучшим рассказом. Сейчас он всё ещё жемчужина, хоть и немножко не всех затмевает. Но при общении он оказался не совсем похож на свои рассказы. Может быть, он закрывался, потому что мы мало знакомы. Все говорят, что он был очень жёсткий, малоразговорчивый, не такой душевный и весёлый, как его рассказы. В реальной жизни он был закрытым человеком и иногда даже грубоватым, как-то так: «Отодвиньтесь, мне тут надо пройти». Но то, что он не был рубахой-парнем и душой компании, это все отмечают. Он отдавал свою душевность своим прекрасным рассказам. Он дружил с Конецким. Вот с Конецким они и дружили. Может быть, Искандер выбирал себе друзей по рангу, равных себе. Я, собственно, не рвался в дружбу, понимаю, что нужно дружить с теми, с кем связана жизнь, с кем ты делал что-то важное. Может быть, он тоже почувствовал замкнутость. Но с Конецким они, действительно, дружили.