Моё отношение к авторам книг

Ну, мне везло. Но для меня автор был не безразличен. Я должен был влюбиться. Это вот главное качество подхода. Почему я и стал иллюстратором - мне интересно. Вот была в начале - я только начинал в «Детгизе» рисовать книги - и Ольга Марковна Гурьян, такая историческая повествовательница, написала - книг пять я ей иллюстрировал. Она была в восторге, надписывала мне изданные книги, дарила. А я только искал себя в технике. Я ей - уже разрешали ездить за границу - поэтому привозил какие-то мелованные бумаги, ещё не работал в гравюре, искал выход в технике под гравюру. Я в Чехии, помню, в Праге купил меловую бумагу. Почему? Потому что в издательстве некоторые книги, вот, такие хорошие детские, выходили, печатались просто на газетной бумаге. На отвратительной. То есть ничего тонкого не сделаешь, всё пропадёт. Поэтому я стилизовал под гравюру. Я могу показать. Какие-то напоминали технику лубка, вот, с какой-то народностью. По крайней мере, в книге они выглядели прилично, даже получали награды и даже переиздавались, и сейчас переиздаются. Я не любил, когда меня торопили - надо быстрее, быстрее. Иногда приходилось делать и делать плохо. Я знаю, что плохо, но позже я себе уже этого не позволял.